У потрясших Израиль выступлений начала семидесятых годов есть и малоизвестные страницы, связанные в том числе с Песахом и Голдой Меир
Как известно, в еврейском мире в целом и в Израиле в частности, наряду с классическими изданы тысячи различных "Пасхальных сказаний" – "Агадот шель Песах". Авторы некоторых изданий увязывают текст "Агады" с первыми трудными годами жизни в Израиле, есть "Немецкая Агада", специально выпущенная для репатриантов из Германии, в течение пары лет превратившейся в "новый Египет". Есть "Агада" времен Катастрофы и "Агада", выпущенная в первый год существования Израиля, "Агада" первого Песаха после Войны за Независимость и… Накануне нынешнего Песаха журналист Дуди Петимер рассказал об изданной в 1971 году "Агаде "Черных пантер", о существовании которой забыли даже многие признанные израильские библиофилы. Недавно ее переиздал с параллельным английским переводом один из составителей – Реувен Абарджиль, входивший в ядро руководства организации "Черные пантеры".
Полный перевод этой статьи на русский язык можно сегодня прочитать в газете "Новости недели", мы же знакомим наших читателей с небольшим фрагментом из нее.
– Все началось в апреле 1971 года, – вспоминает Реувен Абарджиль. – Я сидел у себя дома в иерусалимском квартале Мусрара и вдруг ни с того ни с сего сел писать письмо самой Голде Меир. Незадолго до этого, в марте, мы провели демонстрацию против растущего разрыва в уровне жизни богатых и бедных и против дискриминации выходцев из стран Среднего Востока и Северной Африки. Полиция объявила демонстрацию незаконной, нас разогнали, и именно с этого момента "Черные пантеры" стали набирать популярность. До сих пор не знаю, что на меня тогда нашло. Никогда прежде я ничего никому не писал, это было первое письмо в моей жизни – и сразу Голде Меир! Более того, я набрался такой наглости, что сам себя назначил пресс-секретарем организации "Черные пантеры", извинился за то, что недостаточно хорошо владею письменным ивритом и… потребовал, чтобы Голда встретилась со мной и четырьмя моими товарищами и выслушала бы наши претензии. "Если вы откажетесь от нашего предложения, то много потеряете!" – написал я.
Прежде чем отослать письмо в канцелярию премьер-министра Абарджиль попросил друзей сделать как можно больше копий и разослать их во все газеты.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Реувену было на тот момент 28 лет, он был женат и с момента возникновения "Черных пантер" как-то стихийно стал его лидером. Спустя пару дней после отправки письма они с друзьями начали бессрочную голодовку у Стены плача. Во время этой акции ему и передали письмо от Голды Меир, в котором та извещала, что принимает предложение и готова встретиться с пятью лидерами "Черных пантер" в своей канцелярии. По этому поводу "пантеры" объявили об окончании голодовки, а поскольку на носу был Песах, у Абарджиля возникла идея составить и выпустить свою "Пасхальную Агаду", отражающую боль, отчаяние и надежды дискриминируемых сефардских евреев.
– Для начала, – вспоминает Абарджиль, – я попросил одного товарища, отец которого был владельцем небольшой фирмы по предоставлению услуг грузчиков, одолжить у него печатную машинку. Он принес ее, но что дальше? Никто из нас не умел печатать, так что уходила куча времени, чтобы найти нужную букву. Но все-таки дело продвигалось. Мы исходили из того, что у каждого поколения есть свой "фараон" и свое "египетское рабство", с которым можно покончить только массовым "исходом из Египта", то есть с помощью акций общественного протеста. Нашим "фараоном" была Голда Меир, а нашим "Египтом", как ни странно, оказался Израиль. "Вот хлеб бедности нашей, который наши праотцы ели в Египте", – говорится в "Агаде". А я добавил к этому фразу: "И не знали мы, что и в Иерусалиме нам придется есть хлеб бедности нашей. Там, в Марокко, мы приглашали: "Пусть каждый, кто голоден, войдет", а в Иерусалиме эта заповедь забыта. "В Марокко нам обещали, что мы выходим из рабства на свободу, но именно в Иерусалиме мы стали рабами…" Ну, и все в таком в духе.
Аудиенция у Голды Меир вылилась в скандал, когда она заявила лидеру "Пантер":
"А кто ты, собственно такой, чтобы говорить от имени сефардской общины?! Кто тебя для этого избрал?! Вот меня, например, премьер-министром избрал народ. И я точно знаю, кого представляю…"
18 мая состоялась печально известная демонстрация, сопровождавшаяся ожесточенными столкновениями с полицией, в результате чего 20 участников акции попали в больницу, а 74 были арестованы. В том же мае 1971-го "Черные пантеры" подали на Голду Меир в суд за то, что в кулуарах конференции Объединения выходцев из Северной Африки она бросила фразу "Какие они все-таки неприятные!", которая, по мнению "пантер", лучше всего свидетельствовала об отношении премьера к выходцам из Марокко, Туниса и Ливии. А еще через пару дней сгорел дотла дом Реувена Абарджиля.
