Встань, и пройди по лесу резни: кошмарная быль леса Беэри
Владимир ПЛЕТИНСКИЙ
Фото автора
Впервые цветущие анемоны не радовали глаз. Напротив, их цвет вызывал крайне тяжелые ассоциации. Потому что красные цветки усеяли не просто лесные опушки, а место ужаса почти трех тысяч человек, место гибели не менее 364 из них, место похищения или исчезновения четырех десятков молодых израильтян.
Стоянка Реим в лесу Беэри, как и многие кибуцы Пригазья, вошла в летопись еврейской скорби после "черной субботы" 7 октября 2023 года. Она стала неформальным памятником 347 участникам и работникам фестиваля психоделической транс-музыки «Supernova Sukkot Gathering» и семнадцати полицейских, попытавшихся дать бой вооруженным до зубов террористам. Вооружены они были лишь пистолетами…
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Идешь по этому лесу – и вспоминаешь знаменитое "Сказание о погроме" Хаима Нахмана Бялика в переводе Владимира Жаботинского:
… Встань, и пройди по городу резни,
И тронь своей рукой, и закрепи во взорах
Присохший на стволах и камнях и заборах
Остылый мозг и кровь комками; то — они.
Пройди к развалинам, к зияющим проломам,
К стенам и очагам, разбитым словно громом:
Вскрывая черноту нагого кирпича,
Глубоко врылся лом крушительным тараном,
И те пробоины подобны черным ранам,
Которым нет целенья и врача.
Ступи — утонет шаг: ты в пух поставил ногу,
В осколки утвари, в отрепья, в клочья книг:
По крохам их копил воловий труд — и миг,
И все разрушено…
И выйдешь на дорогу —
Цветут акации и льют свой аромат,
И цвет их — словно пух, и пахнут словно кровью.
И на зло в грудь твою войдет их сладкий чад.
Маня тебя к весне, и жизни, и здоровью:
И греет солнышко, и, скорбь твою дразня.
Осколки битого стекла горят алмазом —
Все сразу Бог послал, все пировали разом:
И солнце, и весна, и красная резня!..
Нет, не акации цветут здесь – анемоны. Те самые каланийот, ради которых в феврале-марте сотни тысяч израильтян устремляются на юг, дабы полюбоваться этой красотой. Но фестиваль "Даром адом" (красный юг) в Пригазье уже не окрашен в радостные цвета. Да и анемонов ныне не так много, как в былые годы. Может быть природа так отреагировала на трагедию. А возможно, что более буйному цветению помешали пыль и копоть, долетающие сюда из сектора Газа, где ЦАХАЛ полтора года зачищал территорию от нелюдей.
Идешь между столбиков с фотографиями, именами, годами жизни – такими несправедливо короткими, всматриваешься, вчитываешься.
Вот Шани Лук – тель-авивская художница, вернувшаяся в Израиль из Германии, гражданкой которой благодаря матери-немки была. Она стала одним из символов этой резни даже раньше, чем "рыжики" Бибасы. Ее тело, сброшенное на грузовик, было узнано благодаря тому, что одним из первых попался тот самый террорист, который заснял на видео похищение живых и мертвых участников фестиваля. Какое-то время мы надеялись, что она похищена живой. Но позднее, обнаружив в песке одну из ее косточек, патологоанатомы вынесли неутешительный вердикт – это ранение с жизнью несовместимо.
А это 37-летняя Юлия Ваксер — начальник канцелярии оперативного отдела Южного округа полиции. Ее дочь Ширэль и сын Лирон могут гордиться отважной мамой, давшей бой хамасовцам. Но наверняка они предпочли бы, чтобы Юля, с другими полицейскими охранявшая участников фестиваля, не оказалась на передовой…
Вижу другие знакомые имена – и по публикациям об этих людях, и по рассказам знакомых, у которых здесь погибли близкие, и по мартирологу друзей моего сына, мечтавших попасть на этот израильский аналог всемирно известного бразильского фестиваля «Universo Paralello». Они хотели жить и радоваться жизни. Их манили слоганы организаторов, предлагающих участникам «безопасную оболочку для обретения внутреннего спокойствия, мира, гармонии». Многие с восторгом восприняли идею, что отсюда можно послать соседям из Газы "лучики света и добра". А получили в ответ, увы, тьму и зло…
Тягостные ощущения оставляет бетонное укрытие, где попытались спрятаться "фестивальщики" – и где гранаты и автоматные очереди превратили их в кровавое месиво. Стены этого небольшого помещения расписаны автографами близких погибших, их друзей, и просто сочувствующих.
Игаль Ясинов, директор департамента по странам Евразии Всемирного Еврейского национального Фонда (ЕНФ-ККЛ), в чьем ведении находится рукотворный лес Беэри, рассказал, что подготовка к фестивалю была тщательной со стороны сотрудников и фонда, и служб безопасности. Когда организаторы попросили продлить фестиваль, который должен был закончиться 6 октября, еще на одну ночь, после оценки ситуации возражений в соответствующих инстанциях не вызвало. То, что произошло, случиться не должно было – но только у главарей террора оказались свои кровавые планы. И это место радости в итоге превратилось в мемориал.
Инженер лесного хозяйства Западного Негева ККЛ-ЕНФ Михаэль Спринцин поведал историю создания мемориала. К сентябрю 2024 года правление Фонда утвердило решение, согласно которому к годовщине "черной субботы" были проведены дорожки, размечены стоянки, выпущены карты и флаеры, привезены биотуалеты и организованы прочие атрибуты, соответствующие мемориалу. Семьи погибших получили возможность принимать самостоятельное решение, как при финансировании ККЛ-ЕНФ оформить отведенное им место. Им не диктовали ни то, каким должен быть размер табличек, ни тексты, ни наличие либо отсутствие цветов и памятных камней.
Бои в этом мирном месте погубили не только людей, но и множество деревьев.
— Мы приняли решение восстановить лес, — говорит Спринцин. – В лесопосадках, которые намечены на 10 марта, примут участие и сотрудники Фонда, и волонтеры, и члены семей погибших. В лесу Беэри появится роща, посвященная жертвам резни и героям Войны Железных мечей.
Понятно, что территория вокруг стоянки Реим уже никогда не сможет стать местом отдыха и развлечений. Ей суждено остаться мемориалом.
Завтра мы расскажем о трагедии расположенного рядом кибуца Беэри, куда благодаря организованному ККЛ-ЕНФ пресс-туру вместе с другими журналистами и блогерами попал автор этого репортажа.
