Слабым духом и желудком читать не рекомендуется
Пётр ДРАЙШПИЦ
Первая половина круиза из "Европы в Бразилию" прошла замечательно!
Позади Генуя, Марсель, Барселона, Мадейра и Канары. Впереди — пять дней в океане до самой Южной Америки.
В первые два дня обошлось без приключений.
А на третий — случилось непредвиденное…
Отказ канализационной системы!
Туалетный заговор!
Мятеж клозетов!
Восстание унитазов!
Бунт сливных бачков!
Поначалу каждый из пассажиров решил, что слив в туалете не срабатывает только у него. И вежливо стучался к соседу. Якобы за какой-то мелочью. Ну а там, за разговором, переминаясь с ноги на ногу, можно и в туалет заскочить. Но когда в гости, а потом и с ответным визитом вынужденной вежливости, ринулась масса в четыре тысячи человек, стало как-то неуютно и даже тревожно.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Питание на корабле приличное.
Аппетит у пассажиров отменный.
Унитазы наполнялись легко и быстро. Но слив не работал.
А кишечнику не прикажешь!
Некоторые умники (редкие засранцы!) додумались засКАКивать в бассейн и там делать по большому. До этого они таким же образом справляли нужду малую. Поэтому, сложностей никаких — места знакомые и освоенные. Но испражнения стали предательски всплывать. И кто-то из персонала возмущённо заметил, что это не есть хорошо. В ответ некто с дрожью в голосе и урчаньем в животе парировал, что хорошо бы вовсе не есть. Грустно вспоминая при этом безобидный сувенир "Всего лишь Писающий Мальчик", считавшийся когда-то для многих ссущим безобразием…
Бригада судовых техников с проблемой не справилась.
Пассажиры сдерживались из последних сил, и техников старались не поносить.
Латинское изречение " Всё своё ношу с собой " стало понятно буквально каждому.
Ситуация оставалась дерьмовой. Предположение, что в случае крушения теплоход тут же всплывёт, утешало слабо.
В каютах никто не задерживался. С мечтою о запоре утописты всех мастей заполняли палубы. Латинская мудрость "Пока живу, надеюсь!" сдерживала многих от необдуманно-вынужденных поступков прямо посреди прогулочной палубы.
Те, у кого мечты не сбылись, стали проявлять чудеса сноровки и изобретательности. В дело пошли полиэтиленовые мешки, картонные пакеты, коробки и кульки. Спичечные коробкИ и авоськи не котировались и признавались профнепригодными. По ночам с открытых палуб в океан летел ремейк европейского хита:
"Дунай, Дунай, а ну узнай, где чей подарок… "
К счастью, берег неумолимо приближался. Спасение было близко. Однако реакционное правительство Бразилии не дало "добро" на заход теплохода в порт. И это несмотря на то, что пассажирский лайнер был срочно переименован в грузовой с органическими удобрениями на борту.
Оппозиция проявила солидарность, решительно заявив, что Фекалии, гордо называющие себя Калом, на самом деле — элементарное дерьмо, запасов которого у них и так хватает.
В случае, захода судна в порт соседние Аргентина с Парагваем пригрозили разрывом дипотношений.
Лоцман в знак протеста угрожал повеситься на рее и там же застрелиться.
Чайки, встречавшие судно, стали дико кричать и падать на палубы замертво.
Рыбы пребывали в панике, дельфины дико возмущались и массово выбрасывались на сушу.
Рыболовецкое судно, идущее параллельным курсом, вынуждено было от него отклониться и сесть на спасительную мель. При этом весь улов категорически отказывался возвращаться в родную стихию. Бывший косяк косил от реальной свободы!
Пираты, неосмотрительно взявшие судно на абордаж и пребывая в полуобморочном состоянии, срочно запросили добровольного заточения в любом каземате с гальюном.
Ветер погнал амбре с корабля на беднейшие кварталы Рио-де-Жанейро.
В городе назревали волнения. Запахло революцией!
Береговая охрана обстреляла судно.
Капитан, срочно произведённый в контр-адмиралы, вынужден был перейти к контрмерам.
Ответный высрел не заставил себя ждать!
— Нас рать! — голоса корабельной команды в репродукторе звучали угрожающе…
От подобного тарарама я проснулся и побрёл в туалет.
Слив работал!
Слава Сливу!
