Как сетевые "робин гуды" умыкнули текст израильского гида, волонтера, возившего в Пригазье зарубежных журналистов, министров и даже президентов, а также и нашего автора, но не в личное пользование, а приписав его весьма известному и уважаемому человеку
Борис УКРАИНСКИЙ
Фото автора
Второй год в интернете волнами расходится эссе «Дети Газы».
Авторство приписывается Александру Моисеевичу Городницкому. Десятки тысяч читателей восторгаются пафосом статьи, несколько сотен написали, что «текст такой силы мог сотворить только Мастер уровня Городницкого»…
Что ж, это делает мне честь, тем более что мы представлены друг другу, посмотрите, я сегодня впервые выставил нашу общую с Городницким фотографию. Справедливости ради подчеркну, что экскурсию в тот день Александру Моисеевичу проводил мой близкий друг — журналист, писатель, поэт, драматург Марк Галесник. Я познакомил их обоих с графом Николаем Александровичем Воронцовым, в кабинете которого на Александровском подворье мы пообщались. Там же на подворье сделана фотография, которую сегодня я выставил.
Я — Борис Украинский, не всем читателям знакомый, не бард, не поэт, боюсь разочаровать тысячи людей, но сообщаю, что автор эссе «Дети Газы» — я. Оно впервые появилось у меня на странице 10 ноября 2023 года в 13 часов 51 минуту… И нигде и ни у кого раньше этого момента данный текст не замечен.
См. расследование от 4 декабря 2023 г. Ильи Бера и Евгения Бунтмана "Правда ли, что Александр Городницкий автор текста
«Дети Газы»?" Ответ,- нет, не правда. Заметка опубликована под грифом “provereno. media” или «проверено»…
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
* * *
Днём я делал, что надо было делать, а ночами записывал. Так родились репортажи с границы Добра и Зла. Не всегда бывал трезв. Да это казалось невозможным. Достаточно дневного ужаса. Теперь я вижу,- слишком пафосно, восторженно, драматично. Я тогда не успевал продумать красоту и глубину текста, мне надо было что-то делать. Текст появлялся сам по себе. Ночью. Утром я обычно его уничтожал. После написания мне большинство моих вещей перестают нравиться. Надо было успеть опубликовать, пока мне это моё творчество не становилось противно до непреодолимого желания уничтожить его. Несколько ночей уходило на корректуру. Иногда я успевал выдать текст на всеобщее одобрение, иногда стирал, не публикуя.
В те дни в кибуцах стоял запах сгоревшей жизни. Было странно видеть не сожжённые дома, а полностью сохранившиеся, со стёклами и цветами на подоконниках и в палисадниках. И на той же улице, но с другой стороны, ни одного уцелевшего дома. Или по одной улице на одной стороне, стоит дом, как стоял до бесовский атаки, а другой дом, соседний, потерял дыхание жизни. Там ни людей, ни стен. Так выбрала Смерть. Игры Дьявола.
Можно было погулять по кибуцу одному, пока шла экскурсия для иностранных журналистов. Её проводил полноватый подполковник Алон. Он легко говорил по-немецки и по-французски. В обвисшей форме, с автоматом и пистолетом. Если честно, тогда я не знал его звания. На прошлой неделе мы встретились на дне рождения у другого парня,- он тоже в те дни был там. Мужики. Не лучше и не хуже нас. И мы не хуже их. Обычные израильтяне. Никогда не перестану удивляться умению встать из-за стола и уехать на войну… И умению женщин проводить и остаться с детьми, будто муж на работу вышел.
* * *
… Я остановился у сосны. Под ней стоял разбитый, расстрелянный, врезавшийся в поребрик джип. Следы от пуль на джипе и стене. А домик дятла сохранился. Не дупло, а рукотворный дятлов дом на сосне. Видимо, огонь шёл снизу по стволу и почему-то остановился у скворечника-«дятлешника». Я просто хотел постоять. А дятел прилетел. Не знаю, понимает ли он, что произошло… Хорошо бы, чтобы не понимал. Иногда мне кажется, нам всем лучше не понимать.
В бою я не был. Мне уже тогда было 64. И я не равняю себя с бойцами. Завидую им. Я был в журналистском бронежилете, «вест» называется, в каске от камней, не от осколков, — такие выдают журналистам, смешная пластиковая, каска, не боевая. Но зато у меня есть личное оружие, без него не рекомендовалось ходить в одиночестве по кибуцам, мало ли что. А мне хотелось побыть одному.
Министерство иностранных дел пригласило меня из-за подходящей машины. Как у Высоцкого, помните, «меня и пригласили за неё».
Я научился быстро сходиться с людьми. Здесь я потерял эту способность. Тогда в кибуцах я встретил людей в форме. Гражданских не было вообще, кроме тех, кого я привозил. Казалось, такие люди могут быть только там. А они везде. Это мы и есть. Я смотрел на парней и девчонок в форме и чувствовал свою уместность. Я вдруг наконец стал равен самому себе. Хотелось остаться, быть нужным, фотографировать, балагурить, разговаривать, знакомиться, быть там, среди этих ребят. Делать, что надо. Ах, какие они… Хотелось, чтобы произошло что-нибудь, и я повёл бы себя, как всю жизнь готовился.
До января-февраля из Газы поминутно били прямо по кибуцам. Разрывы были слышны постоянно и рядом. И я почувствовал «самонахождение». Грех сказать, мне стало хорошо. Как никогда не было в обыденной жизни. Как бывает, когда ты растёшь и летаешь во сне. Ушло всё мелкое. И тогда я почувствовал обязанность запечатлеть увиденное. Пусть своим слабым пером, но хоть как-то. Я начал записывать и фотографировать.
* * *
… В моём распоряжении был и остаётся минивэн, из-за него меня и пригласили. Я уж писал, не потому, что я хороший, просто машина подходящая. Профессиональный водитель, экскурсовод, лишних вопросов не задаёт, нервы в порядке, чёрный Mercedes, что ещё надо по этикету для министерства иностранных дел.
Среди гостей попадались очень разные персонажи. Были и искренние, без надрыва и фальши, например, президент Аргентины Хавьер Милей. Я расскажу об этом отдельно.
Были и евреи, и неевреи. Грань сочувствия или гнусности здесь не проходит.
Помимо оборудования и бойцов, медицинского снаряжения и ещё чего-то, я возил в Сектор журналистов, министров, сенаторов, конгрессменов, президентов. Нам тогда казалось, что правда столь очевидна, что достаточно показать, где она лежит, — вот, дом рыжих Бибасов, вот здесь лапа беса опустилась на плечо мамы, которая держала на руках двух рыжиков. А они вертели головами, не понимая, что происходит. Мы все до сего дня как они… я и сейчас не понимаю, что происходит. А вот дорожка, где упал после третьего выстрела наивный толстый лабрадор. Он думал, его забыли, и бежал за джипом. Вот, кухня, где бес взял из холодильника банку пива или колы и выпил. На полу лежат ещё тёплые тела убитых евреев. Дети и взрослые. А он присел за стол. Что здесь непонятного? Ан, поди ж ты…
Не болит наша боль почти ни у кого. Нас вычеркнули из списка живущих на этом Свете. Мы глубоко заблуждаемся последние две тысячи лет. Наша правда и наша боль — не их. Хотя, и по ту сторону Нравственности есть Дети Света. Им намного тяжелее. Они за нас, а все вокруг против. Но они есть. Мы не одни… А делегации… а что делегации…
* * *
… Ну, послушали, теперь поедем в Рамаллу. Там нас ждёт «вторая сторона конфликта».
… Мы шли колонной. По восемь-десять машин. С мигалками, сиренами, без правил, развивая скорость до 180 км/час на трассе. Кибуцы — Рамалла — аэропорт. Иногда за день, иногда за два. Я вёл машину, дружил с нашими журналистами, за руку здоровался с президентами Германии, Аргентины, Израиля. Возил много чего и много кого. Когда были славянские группы, иногда переводил, иногда сам рассказывал.
Так пролетели конец 2023-го и первая половина 2024-го непонятных страшных лет. Потом мы, израильтяне, почти всем надоели. Проиграли на идеологическом фронте. Разгромно. Делегации перестали приезжать, кроме немцев и американцев. В Пригазье больше не нуждались во мне. Я вернулся. И не вернулся. Отчасти я всё ещё там.
* * *
Вспомнилось всё это оттого, что я увидел в интернете новую волну плагиата и стало мне противно. Иной скажет, а какая разница, кто написал. Есть разница. Я там был. Я это видел. Это часть меня самого. Не стоит резать по живому. «Дети Газы» написал Борис Украинский, а не Александр Городницкий, и при прямом запросе секретарь Александра Моисеевича письменно подтвердил (а), что эссе не принадлежит перу Городницкого. И есть документ из его домашней канцелярии, в котором сам Поэт и Бард говорит, что текст ему понравился, но не он его автор.
* * *
И последний но важный штрих. Кто знаком с текстом, там есть строчка «освободите дорогу». Этим и заканчивается оригинальный рассказ, а дальше чья-то злонамеренная приписка исказила тональность, как всегда бывает, когда «железом по стеклу». Если Вы будете запускать эссе дальше, восстановите имя автора и ограничьте рассказ фразой «Уйдите с дороги»…
В целом это суета сует. Но всё же… Справедливости ради…
ДЕТИ ГАЗЫ
Оригинальный авторский текст
Мирным жителям мирной Газы и всем борцам за Справедливость посвящается…
Я давно хотел попросить «друзей, которым жалко всех», уйти от меня. Меня не надо жалеть. Себя пожалейте и детей,- своих и, конечно, палестинских. Их папы сейчас идут к вам. Чтоб вашему ребёнку голову отрезать. Потом вернутся и дадут своему ребёнку игрушку, вынутую из рук вашего ребёнка. Всё аккуратно заснимут на нагрудную камеру, чего стесняться.
Вы жалеете их детей, потому, что евреев не любите или стесняетесь евреями быть?
Или справедливости ищете?
А справедливо будет, если мы войдём в их дома и перережем глотку детям на глазах у родителей, как они сделали?
А справедливо мы поступим, если в печи живого младенца сожжём? Как они нашего?
А, знаете ли вы, что в Чёрную Субботу камеры местных каналов показывали безудержную радость тысяч и тысяч «мирных жителей» Газы, которые конфеты жрали и танцевали на улицах,- бабы их «мирные» и дети их невинные.
Дети вроде не виноваты. Их взрослые привели на еврейской крови тризну справить. Отныне и навсегда они теперь знают, как можно повеселиться всей семьёй. От души. Наверно первобытные люди так отмечали победу над соседями,- на варварском скопище, с живой добычей после налёта, под дикую музыку бубна, в отблеске костра, в предвкушении трапезы, — они пели и плясали перед тем, как убить и съесть… Так в кино показывают дикарей-людоедов. Только, в кино это фантазия, а в Газе бесы сами всё зафиксировали на камеру. Разве, что, не ели человечину. Коран не одобряет.
Так было в Чёрную Субботу 22-го числа месяца Тишрей 5784 года от дня Сотворения Адама и Евы. Или 7 октября 2023 года от Рождества Христова.
А нам — как теперь жить? Что делать нам? Как быть с этим ужасом? Вы знаете, как выкурить из больницы мужчин и не зацепить детей? Как из их душ ненависть вынуть и жизнь их не забрать? Вы знаете, как?
Отдать им всю Страну Израиля? Они её не строили. Только разрушали. Отдать Страну Палестина? Её никогда не было. Была провинция. В ней жили они и мы. Мы не можем вернуть то, чего не забирали. Было решение ООН о создании двух государств. Мы приняли его и построили цветущий Израиль. Арабы отказались и пошли войной.
А мы победили. С того момента евреи оправдываются. За то, что выжили в Катастрофе,- не должны были.
За Сад вместо Пустыни,- мы их пастбища отобрали.
За Армию Непобедимую, — «евреи не воюют».
За лучшее в Мире сельское хозяйство, — «евреи землю не пашут».
За Наши Законы: «Не убий. Не укради. Не возжелай»…
В Пустыне нет Закона.
Там живут по Понятиям.
За пенсии, пособия, медицину, дороги, электричество, водопровод, канализацию… за всё, что мы им дали и не додали.
… Мы перед всеми виноваты. Перед Красным крестом и Синим Полумесяцем. Мы им мешаем террористов спасать. Перед ООН, с её дикими резолюциями, которые арабской нефтью пахнут. Перед ВОЗ, требования которой той же нефтью отдают.
И перед арабами особенно.
За то, что у нас получился Райский сад на том месте, где они 1300 лет верблюжьим помётом палатки отапливали и друг друга вырезали — за всё виноваты мы, евреи.
Они нас никогда не простят. Ни европейцы, не добившие нас, ни арабы, всё проигравшие.
… Они стреляют из больниц и мечетей. Из школ. У вас есть предложение, как убить мужчину, бьющего по израильским городам ракетами, прикрываясь детьми? Или убить террористов, которых вывозят машины скорой помощи и не ударить по самой машине? Кстати, и машины, и ракеты куплены на деньги людей доброй воли, таких, как вы или Анжелина Джоли. А вот больница,- центральная в Газе, о которой все вы так печётесь, нами построена, когда Газа была наша. Теперь внизу один из командных пунктов ХАМАСа, а наверху привезённые хамасниками дети, если они там вообще, есть,- дети. Помните, в Завете сказано: «Сам убил, сам наследуешь»?
… Неужели вы думаете, что Тля-Из-Пустыни, вооружённая, вдохновлённая, взлелеянная всем «прогрессивным человечеством», сможет нас одолеть? Или испугать? Или забрать Святую Землю, самим Творцом нам заповеданную? Окститесь. Да, верите ли Вы в Писание? В Коран?
Там сказано, чья эта земля.
Б гом самим сказано, Моисеем записано. Вы в Б-га верите?
…Думаете, вы ворота откроете, они с гостинцем придут? Большинство убитых в кибуцах принимало их у себя в гостях, они устраивали совместные посиделки, Правду искали, тоже миротворцами себя считали. Почти все кибуцники почитали себя друзьями Туннельного племени. Договориться пытались. На человеческом языке с бесами разговаривали. Лечиться помогали. Напрасно всё это. Бесы по-людски не понимают. Ведь они не люди. Зато Армия Обороны Израиля взяла правильную ноту
в разговоре с ними.
На единственно доступном Песчаному племени языке громко и убедительно ЦАХАЛ сейчас поясняет им, что к чему.
Доходчиво. Внятно. Просто. Сейчас они начали понимать.
Но мы ещё не до конца объяснились. В секунду, когда они вернут живых заложников, мы прекратим огонь. Дадим им пять минут, чтобы выйти с Белым флагом. Ну а коли, нет — на нет и суда нет. Кроме Божьего Суда.
Нам есть, что сказать на Страшном Суде. Вся наша жизнь — Страшный Суд. А ваш удел, Люди Доброй Воли, — стоять в сторонке и горестно всех жалеть. Издалека. И бороться за Мир во всём Мире из наглухо закрытых домов.
… Когда они придут, если придут, они сделают с вами то, что они сделали с нами. И им всё равно будет, на чьей вы стороне. Кто не из их племени, — должен умереть. Не надейтесь на пощаду. «Генералы песчаных карьеров» пощады не знают.
И с детьми вашими они сделают, то же, что с нашими. И смотреть вас заставят. И в вашем угасающем сознании возникнет мысль: “За что»? То есть, евреев всегда есть «за что». За то, что евреи. Но вы здесь не при чём, верно? Вот, за это. За то, что «не причём». А вы как думали?
… Уйдите в сторону, если воевать не хотите. Дайте разобраться, не разнимайте нас.
Вы не в «деле», миротворцы.
И не в теме. Освободите дорогу.
ОТ РЕДАКЦИИ
Это далеко не первый случай, когда сетевые перепечаточники нарушают авторское право. Чаще всего, заимствуя чужой текст, они первым делом удаляют имя автора и ссылку на первоисточник. Мол, теперь это народное достояние. Потом на каком-то этапе кто-то решает, что автор тексту всё-таки нужен. И приписывают его тому, чье имя на слуху – Александру Городницкому, Игорю Губерману, Виктору Шендеровичу, Дине Рубиной и другим. Еще кто-то считает, что текст нуждается в изменении и дополнении, как это получилось с эссе Бориса.
То есть, эти граждане возомнили себя эдакими "робин гудами", которые воруют чужое у "богатых", чтобы раздать "бедным".
Иногда доходит до абсурда. В свое время писательница Мириам Залманович опубликовала в издании "Букник" шедевральный рассказ "Шлимазл по-палестински" (под псевдонимом Мири Малкина). Через какое-то время он был напечатан и у нас. И тут понеслась душа в рай. Нашлась некая дама, которая принялась доказывать, что текст ее, что Мириам его у нее украла. По ходу она натравила на нас и на Мири целую команду своих почитательниц. То, что в "Букнике" он вышел задолго до того, как появился под чужой подписью на чужой странице, эту даму и ее поклонниц не поколебало.
Ежедневно наша редакционная почта приносит по несколько писем со ссылками на соцсети или вставленными текстами либо без имен и фамилий, либо с подписью каких-то знаменитостей. Мы обязательно проверяем источники. И стираем эти послания.
Но, к сожалению, не все редакторы делают это. И невольно подставляют и реальных авторов, и мнимых.
Раз в неделю-две к нам приходят и тексты, написанные нашими сотрудниками. Но с другими подписями. Чаще всего — теми, кто это письмо и направил, надеясь на короткую память сотрудников. Помните, что такое сверхнаглость? Напомним: наложить кучу под дверь и, позвонив, попросить бумажку. Это тот самый случай.
Мы рады, что можем помочь в исправлении чьего-то "робингадства". И надеемся, что если вам попадется текст "Детей Газы" за любой подписью, кроме Бориса Украинского, то вы укажете очередному публикатору на его оплошность. А может быть и на воровство.
