Судьба политиков, как известно, менее предсказуема, чем котировки на бирже. И те, кто еще вчера был на коне, готовился триумфально занять пост премьера, сегодня борются за то, чтобы удержать свои чресла хотя бы в кресле простого депутата. А тем временем другие игроки строят новые грандиозные планы и пытаются оседлать сбросившего давешнего седока гнедого
Петр ЛЮКИМСОН
Уходящая неделя стала очередной не самой счастливой неделей для лидера "Кахоль-лаван" Бени Ганца, отчаянно борющегося за политическое выживание. Началось все с того, что впервые по опросу, заказанному газетой "Маарив" и считающимся заслуживающим доверие, эта партия не преодолевает электоральный барьер. Пребывая в не лучшем состоянии духа, Ганц выступил со странным заявлением о том, что падение популярности "Кахоль-лаван" обусловлено злонамеренными происками неких леворадикальных сил, и он якобы даже знает, сколько денег эти силы потратили и кому конкретно заплатили, чтобы убрать его, Ганца, с политической арены. По сравнению с другими активно муссируемыми в последнее время конспиративными теориями эта, увы, выглядит наименее убедительной. Хотя бы потому, что закат популярности Бени Ганца и его партии начался не сегодня и не вчера. Это был поступательный и довольно медленный процесс, связанный с разочарованием в нем как в лидере, который способен на равных противостоять Биньямину Нетаниягу. А ведь именно для этого Ганц, напомним, и входил в политику семь лет назад.
Обнаружив, что заявление о левых радикалах особого впечатления на потенциальных избирателей не произвело, Ганц тут же выступил с другим, явно согласованным со своими спичрайтерами и политехнологами, но еще более странным. "Я обращаюсь к Нетаниягу, Лапиду и Либерману с предложением создать ограниченное во времени "правительство спасения заложников". В течение короткого времени оно подпишет сделку об их освобождении, за несколько недель утвердит "израильский договор о службе" и затем объявит о согласованной дате досрочных выборов весной 2026 года", – заявил Бени Ганц на специально созванной пресс-конференции. Он поспешил добавить, что выступает с этим предложением без всякой связи с недавними опросами, а исключительно ради спасения заложников. "Необходимо нейтрализовать влияние экстремистов, но я не могу сделать это сам, без поддержки", – пояснил лидер "Кахоль-лаван".
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Судя по всему, при выдвижении этой инициативы расчет делался на то, чтобы хотя бы частично вернуть тезке премьера имидж политика, способного восстановить минимальный общенациональный консенсус. Но в нынешней ситуации его речь была настолько оторвана от реальности, что вызвала лишь иронию общественности и резкую критику в коалиции и оппозиции.
Лидер НДИ Авигдор Либерман довольно остроумно заметил, что речь идет о предложении по спасению не заложников, а самого Бени Ганца. "Это было жалкое зрелище. Мы видели напуганного, усталого и паникующего человека, который пытается спасти себя, юлит, пресмыкается и пытается использовать самые деликатные темы в своих политических целях", – сказал Либерман, добавив, что даже обсуждение подобного предложения считает пустой тратой времени.
Реакция лидера оппозиции Яира Лапида была столь же однозначной. "Нет никаких причин входить в правительство. Не понимаю, почему Бени Ганц так говорит. Я никогда не сомневался, что он патриот Израиля и делает то, что считает правильным, но в его предложении нет необходимости. Дату выборов можно согласовать за 15 минут в телефонном разговоре", – заявил Лапид.
Судя по всему, в "Кахоль-лаван" рассчитывали, что новая идея Бени Ганца заинтересует Биньямина Нетаниягу и "Ликуд", так как позволит освободиться от зависимости от ультраортодоксальных партий и провести закон о призыве. А заодно – если бы Лапид и Либерман ее поддержали – от Итамара Бен-Гвира и Бецалеля Смотрича. Но если и так, то Ганц сильно просчитался. Ликудники слишком хорошо помнят, как он дважды входил в правительство Нетаниягу только для того, чтобы сыграть роль внутренней оппозиции и затем с треском его покинуть. Да и с какой стати ликудникам отказываться от таких естественных союзников, как партии "Ционут-датит" и "Оцма иегудит" и заключать союз с не скрывающими враждебности к ним и действующему премьеру НДИ и "Еш атид"? Чтобы выполнить условия ХАМАСа и через короткое время распустить Кнессет?!
Ну, а о реакции тех, кого Ганц назвал радикалами и предлагал выкинуть из правительства, то есть Бен-Гвира и Смотрича, и говорить не приходится. "Я ожидаю, что главы всех фракций коалиции недвусмысленно дадут понять: Ганц не войдет в правительство. Мы без него добились успехов в Иране, без него добились успехов в Ливане. И если мы хотим добиться успеха в Газе, Бени Ганц не должен войти в правительство", – со свойственной ему прямотой заявил Бен-Гвир.
Словом, Бени Ганцу не удалось хоть сколько-нибудь улучшить свои политические позиции, напротив, он добился обратного эффекта и теперь сходит с политической арены, повторив судьбу другого бывшего начальника генштаба, создателя "Партии центра" Амнона Липкина-Шахака. Хотя все еще непонятно, как к его предложению относится Биньямин Нетаниягу, а тут, как говорили в Одессе, все может быть.
Между тем, если верить некоторым обозревателям, на горизонте замаячили контуры нового союза, который может стать реальным конкурентом "Ликуда" в борьбе за место ведущей партии страны: Авигдор Либерман и Нафтали Беннет в последнее время ведут интенсивные переговоры о создании совместного политического блока. У этой пары есть немало общего. Оба начинали карьеру в "Ликуде", оба в свое время занимали пост министра обороны, оба ассоциируются с правым лагерем, но в прошлом входили в коалицию со своими политическими противниками и, не исключено, будут готовы сделать это еще раз. Кстати, оба не раз произносили в адрес друг друга резкие, подчас оскорбительные заявления. Но, как показывает история отношений Биньямина Нетаниягу и Гидеона Саара, в политике подобные высказывания особого значения не имеют и легко прощаются ради реализации общих интересов.
Таким образом, не исключено, что мы находимся на пороге некого нового политического поворота. И, если верить Макаревичу, "что он нам несет – пропасть или взлет, омут или брод, ты не разберешь, пока не повернешь". Если, конечно, поворот произойдет.
"Новости недели"
