Я рад, что, несмотря на солидный возраст и проблемы со здоровьем, я сумел завершить намеченную работу: это был долг перед памятью моих еврейских предков, расстрелянных на привокзальной площади в Шяуляе, в харьковском Дробицком яру или на расстрельном полигоне Донского монастыря, принявших яд в Шяуляе, умерших в нищете в России и прославивших Россию в Париже и Берлине
Якуб ЗАИР-БЕК
Всемирная история одной семьи. Часть 20
В предыдущем, девятнадцатом, очерке этой серии эссе я обещал читателям рассказать о продолжении проведенного нами поиска документов и материалов, связанных с историей семьи Зейберов-Заксов. Выполняю своё обещание. В завершающей части этой семейной саги я познакомлю читателей с некоторыми событиями, так или иначе связанными с результатами этого поиска. А начну с рассказа о том, как некоторые герои моих очерков как бы ожили на театральных подмостках. Но все по порядку…
В самом конце 2017 г. Сергей Заир-Бек и его супруга Ольга Варшавер начали работу над пьесой «Плюс-минус сто лет», основанной на уже собранных к тому времени документальных материалах о семье Зейберов — письмах, архивных документах, воспоминаниях. Пьеса была закончена к весне 2018 г. Что же она собой представляет? Семейную сагу? Исторический детектив? Психологическую драму? Вероятно, и то, и другое, и третье. Даты закольцованы, люди перекликаются через столетие – и слышат друг друга, а расстрелянный в 1937 году Самуил (Муля) Закс-Гладнев, известный большевик с дореволюционным стажем, родственник героя пьесы Дамира, открывает ему тайну: оказывается, его истинная фамилия и национальность вовсе не те, с которыми он вырос и живет всю жизнь.
Хотя пьеса в значительной степени и документальная, она содержит и немало художественного вымысла, поскольку члены семьи Зейберов-Заксов, ставшие прототипами героев пьесы, уже ушли из жизни и ни на какие вопросы нам не ответят. Например, на вопрос о том, как и когда Соломон Зейбер стал Сулейманом Заир-Беком. Но зритель видит, на какую причудливую траекторию вывела этого человека его детская мечта о театре, о сцене…
Пьеса «Плюс-минус сто лет» была написана в рамках драматургической мастерской "Евреи в СССР: семья в большой истории", проводившейся в благотворительном фонде "Дом еврейской книги". Премьера спектакля по этой пьесе в формате читки, но с прекрасным музыкальным оформлением и показом документальных слайдов, состоялась 1 декабря 2018 г. в Москве, в Музее истории ГУЛАГа. Роли исполнили профессиональные актеры московских театров и сами авторы пьесы С.Заир-Бек и О.Варшавер, которые помогли актерам «оживить» на сцене своих героев. Премьера прошла с большим успехом и была тепло встречена зрителями.
Второй спектакль в формате читки или «читакль», как удачно назвала такой метод представления пьесы Ольга Варшавер, проводился в мае 2019 года на Еврейской образовательной конференции „Лимуд“ в Москве. Тогда на «читакль» пришла известная писательница Людмила Улицкая, что было для его участников большой честью. Следующий „читакль“ состоялся в 2020 г., в здании Центра еврейской общины Латвии в Риге, а исполнителями ролей были артисты из Латвии. Еще один „читакль“ был проведен 24 октября 2021 г., в день установки знака "Последний адрес" на доме, в котором жил перед арестом Самуил Закс-Гладнев. Читка состоялась в московском ресторане "Петрович". А последний, уже пятый, „читакль“ прошел совсем недавно, 20 августа 2023 г., в здании Юрмальской синагоги в Латвии. В «читакле» участвовали актеры рижских и московских театров и авторы пьесы Сергей Заир-Бек и Ольга Варшавер. И это представление пьесы «Плюс-минус сто лет» прошло с аншлагом и было доброжелательно встречено взыскательной юрмальской публикой.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Когда мы занимались поиском документов о Рахили (Рае) Гордин, старшей дочери Зейберов, то обнаружили несколько брошюр и буклетов на французском языке. В них были собраны материалы, касающиеся многолетней работы Рахили в качестве руководительницы детского сада «Памяти Яакова» в Париже, который работает, кстати, до сегодняшнего дня по системе Монтессори. В одной из этих брошюра речь шла не только о жизненном пути Рахили Гордин, но и помещена ее большая теоретическая статья о работе детского сада, соединяющего традиции еврейского воспитания и принципы монтессори-педагогики. Сергей Заир-Бек ознакомил с этими материалами членов редколлегии московского журнала «Монтессори-клуб», которые просто пришли в восторг. В выпуске №3 этого журнала за 2017 год на шести страницах были опубликованы материалы о Рахили Гордин, в том числе её статья, переведенная на русский язык. Приведу обширную цитату из редакционной статьи журнала, которая хорошо передает чувства редакции:
«С волнением мы готовили эту статью для нашего журнала. Произошло настоящее журналистское расследование, благодаря эксперту Высшей школы экономики Сергею Заир-Беку и его двоюродному деду Якубу Заир-Беку. Из их архива мы узнали, что не одна Ю.И.Фаусек была российской ученицей и последовательницей Марии Монтессори. В их роду есть самоотверженная Рахиль Гордин, родившаяся и выросшая в России ХХ века, получившая по сути, два высших образования — на Высших женских Бестужевских курсах и в Психоневрологическом институте в Санкт-Петербурге, окончившая 16-й международный учебный курс М.Монтессори в Риме и до последнего дня своей жизни работавшая монтессори-учительницей в разных странах мира».
Мемориальный проект «Последний адрес» – это гражданская инициатива в России, направленная на увековечивание памяти о людях, ставших жертвами политических репрессий в СССР. Результатом такой инициативы стало размещение персональных мемориальных знаков единого образца на фасадах домов, адреса которых стали последними прижизненными адресами жертв государственного произвола в годы советской власти. Основополагающий принцип этого проекта – «Одно имя, одна жизнь, один знак».
24 октября 2021 г. в Москве, на доме №13, расположенном в Армянском переулке, в котором до своего ареста жил с семьёй профессиональный революционер, старый большевик Самуил Маркович Закс-Гладнев, был установлен памятный знак «Последний адрес». Заявку на установку знака в проект «Последний адрес» подал Сергей Заир-Бек, дальний родственник Закса-Гладнева. В левой части таблички располагается небольшое квадратное отверстие, через него видно голую стену дома, к которой прикреплён знак. Оно вызывает ассоциацию с пропавшей из альбома фотографией и символизирует пустоту, потерю, образовавшиеся после гибели человека. К сожалению, осенью 2023 г. табличка в память Закса-Гладнева была сорвана, и это отнюдь не единичный случай в Москве. Создатели проекта пока не могут оценить, сколько памятных знаков сняли, и намерены провести ревизию. Активисты уверены, что происходящее — явно спланированная акция неизвестных экстремистских сталинистских организаций и атака на структуры правозащитного центра «Мемориал», внесенный в России в реестр иностранных агентов и ликвидированный решением суда.
И, тем не менее, уже в декабре 2023 г. руководство проекта «Последний адрес» сумело оперативно восстановить табличку в память С.М.Закса-Гладнева. Какого-либо специального памятного мероприятия не проводилось, лишь небольшая группа активистов вновь установила табличку на доме №13 в Армянском переулке Москвы, а Сергей Заир-Бек дал интервью голландскому телевидению, которое вело съемку.
Как можно видеть, поиск родовых корней и документов о жизни и деятельности семьи Зейберов-Заксов и их потомков привели, в том числе, к неожиданным результатам, и из частной инициативы превратились в общественную акцию.
* * *
Некоторые читатели спрашивают меня, почему я ничего не рассказываю о себе, ведь я тоже Зейбер и, мол, имею право на отдельное эссе. Во-первых, рассказывать о себе мне как-то не очень удобно. Во-вторых, я прожил жизнь обычного советского инженера, ничего героического не совершил, государственных наград не имею, разве что медаль «Ветеран труда», но это же не за заслуги, а за «выслугу».
Могу лишь добавить, что вырос я в театральной семье. Вся жизнь моего отца, Али-бека Заир-Бека, была связана с театром. Моя мама, Татьяна Любина-Либакова, была театральной актрисой. Ещё со школьной скамьи я участвовал в художественной самодеятельности, играл в любительских спектаклях. Окончив школу с золотой медалью в 1955 г., я мог поступить в любой вуз без экзаменов, но меня тянуло в театральный институт, причем не на актерский или режиссерский факультет, а на театроведческое отделение. Но этому категорически воспротивился отец, у него были на то свои причины, и я подчинился. Став студентом Политеха, я был конферансье в студенческом эстрадном театре, писал сценки, ставил миниатюры, был капитаном команды КВН. Хотя свою судьбу с театром я не связал, но, тем не менее, меня туда постоянно влекло. И уже на склоне лет, в эмиграции в Германии, я увлекся кукольным театром, и несколько лет был его руководителем, а также выступал, как актер, в детском театре «MARS».
Как уже знает читатель, мой отец когда-то отошел от еврейства, хотя был обрезан по еврейской традиции, знал идиш, иврит и еврейскую историю, окончил еврейскую гимназию в Петербурге. Я решил восстановить историческую справедливость, "замкнуть кольцо" и подтвердить свое еврейство, пройдя гиюр, что и было выполнено в 2021 г. Кроме того, я решил серьёзно изучить историю «российской» ветви семьи Зейберов и рассказать о ней «городу и миру». Все Зейберы были очень талантливыми людьми с драматическими и даже трагическими судьбами, свидетелями важнейших событий в мире за последние почти 200 лет: тут и участник «покушения» на Сталина, и человек, перевернувший женскую моду в России, и первая в России ученица самой Монтессори, и офицеры ВМФ СССР, занимавшиеся секретными работами, и сотрудник разведки армии США, и многие другие. Получилась история одной еврейской семьи, рассмотренная через призму исторических катаклизмов и социальных потрясений ХХ в. Я рад, что, несмотря на солидный возраст и проблемы со здоровьем, я сумел завершить намеченную работу: это был долг перед памятью моих еврейских предков, расстрелянных на привокзальной площади в Шяуляе, в харьковском Дробицком яру или на расстрельном полигоне Донского монастыря, принявших яд в Шяуляе, умерших в нищете в России и прославивших Россию в Париже и Берлине…
P.S.
Однако поиски еще не завершены. Тайн и «белых пятен» еще много, но мы надеемся раскрыть секреты и стереть пятна. Хватило бы времени и сил на все это. Мне бы очень хотелось, чтобы Сергей Заир-Бек, мой внучатый племянник Серёжа, подхватил «эстафетную палочку» из моих рук, продолжил дальнейшие поиски и ещё порадовал бы читателей новинками о семье Зейберов-Заксов.
Фотографии из семейного архива
