Музыкальная история по-русско-израильски
Ольга ОМ КРОМЕР
Сижу на концерте классической музыки. Впереди сидят две дамы лет 40++. Говорят на жуткой смеси русского с ивритом, ясно, что в Израиле дамы давно. Обсуждают какую-то общую знакомую, громко и с удовольствием.
В зале гаснет свет.
– А что, он один будет играть? – спрашивает первая дама. – А оркестр где?
Подруга пожимает плечами, дама разочарованно вздыхает.
Выходит пианист, садится за рояль, начинает играть.
– Это чего? – громким шепотом интересуется дама.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
– Включи Шазам, – советует подруга.
Дама достает телефон, включает программу распознавания музыки, спрашивает подругу:
– Тут почему-то написано: Бетховен, Владимир Ашкенази. Это же неправильно?
– Ш-ш-ш, – говорит подруга, и дама умолкает.
Но телефон не убирает, а начинает фотографировать. Со вспышкой. После нескольких недовольных взглядов вспышку отключает и телефон убирает. Но достает сумку и начинает в ней чем-то шуршать. Видно, что она старается не шуметь, но получается у нее плохо. Наконец она достает что-то, кладет в рот и начинает громко разгрызать. Недовольные взгляды игнорирует. Догрызя (разгрызя?), дама успокаивается и минут двадцать сидит молча. Неподалеку кто-то негромко, едва слышно кашляет.
– Ну вот, – громким недовольным шепотом говорит дама, – не мог дома остаться.
– Терпеть не могу, – таким же громким шепотом соглашается подруга.
Еще пятнадцать минут обе сосредоточенно смотрят в телефоны. Пианист заканчивает играть, дамы оглушительно хлопают и быстро выбегают из зала. Перерыв.
Перерыв кончается. Гаснет свет. Дам в зале нет, и я вздыхаю с облегчением. Зря. Как только пианист начинает играть, появляются дамы, в темноте по ногам и сумкам пробираются на свои места. Первая тут же включает телефон, подруга, кажется, засыпает. Вторая половина концерта проходит спокойно. До тех пор, пока на сцене не появляется кошка. Пианист продолжает играть, зал сдержанно посмеивается и продолжает слушать. Подруги громким возмущенным шепотом минут десять обсуждают кошку: откуда взялась, что за безобразие, кто позволил, что за бардак у нас в стране. Сосед не выдерживает и просит их замолчать. Умолкают не споря.
В самом конце концерта у подруги звонит телефон, очень тихо, на минимальной громкости.
– На концерте еще, – шипит подруга. – Ну что я поделаю, длинный.
– Кто это? – интересуется дама.
– Давид, – раздраженно отвечает подруга. – Приехал уже.
Что они дальше говорят, я не слышу – концерт заканчивается, начинаются овации. Дамы встают и пробираются к выходу. Мы с соседом облегченно переглядываемся. Последние двадцать минут концерта – полное абсолютное наслаждение. Какое счастье, что этот пианист любит бисировать.
Нет, я все понимаю. Классическая музыка, тем более не самая популярная – штука непростая. Особенно в наш век тотальной гиперактивности и дефицита внимания. Особенно в восемь вечера в будни, после долгого, трудного, нервного рабочего дня.
Я все понимаю. Я только одного не понимаю – зачем этим дамам Кисин?!
Телеграм-канал писательницы — t.me/omkromer
Заголовок и подзаголовок даны редакцией
