На уходящей неделе стало известно, какая информация ceкcуального характера, с точки зрения журналиста "Аарец" Михаэля Хаузера-Това, ставила под сомнение добропорядочность юридического советника министерства юстиции Яэль Котик, а значит, и ее профессионализм и объективность выводов по поводу юрисоветницы правительства Гали Бахарав-Миара
Петр ЛЮКИМСОН
Оказывается, 33 года назад молодая полицейская Яэль Котик подала жалобу на своего командира — высокопоставленного офицера полиции, обвинив его в сексуальных домогательствах и развратных действиях. Однако судья, рассматривавший дело, отклонил жалобу за отсутствием достаточных доказательств. Если следовать логике журналиста, юная Котик в свое время по каким-то личным мотивам попросту оклеветала уважаемого офицера. И где гарантия, что сейчас она не предпринимает необоснованные шаги против юридической советницы правительства, будучи движима личной неприязнью, политическими взглядами и желанием угодить министру юстиции Яриву Левину?!
Оставим в стороне тот факт, что речь идет о делах давно минувших лет, которые по меньшей мере смешно вытаскивать из-под сукна и ставить кому-то в вину. Но если уж Михаэль Хаузер-Тов это сделал, давайте ознакомимся с делом поближе.
Выясняется, что жалобу на высокопоставленного офицера полиции тогда подала не только Яэль Котик, но и еще две ее молодые коллеги. Надо заметить, что в большинстве дел о сексуальных преступлениях всегда возникают проблемы с доказательной базой, а в 1993 году отношение к ним было совершенно иным, чем сегодня. Однако тогда судья признал недостаточно доказанной лишь жалобу Котик, жалобы двух других девушек были признаны обоснованными, и офицеру был вынесен обвинительный приговор. Так что никакого оговора невинного агнца не было. Что же касается жалобы Котик, то прокуратура до последнего пыталась убедить судью в ее обоснованности, обращая внимание на содержащиеся в ней подробности, которые трудно выдумать.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Теперь понятно, почему Яэль Котик поначалу просила суд издать запрет на публикацию той давней истории: ей совсем не хотелось, чтобы о ней узнали муж и дети. Но она быстро поняла, что скрывать и стыдиться ей нечего, и отменила собственную просьбу. Это было тем более разумно, что запрет на публикацию лишь подогрел бушующие вокруг Котик страсти. А ведь совсем недавно никто даже не знал о существовании этой женщины, хотя она работает в министерстве юстиции ни много, ни мало, 26 лет. Начинала она молодым адвокатом, что называется, на подхвате, медленно, но верно продвигалась по служебной лестнице и несколько лет назад, во времена, когда министром юстиции был Гидеон Саар, представила свою кандидату на конкурс по назначению нового юрсоветника ведомства. Любопытная деталь: комиссия по назначениям высокопоставленных госслужащих проголосовала за назначение Яэли Котик единогласно, включая и входившего тогда в комиссию заместителя юрсоветника правительства адвоката Гиля Лимона.
Неприятности Котик начались после того, как по следам грянувшего скандала вокруг бывшего главного военного прокурора Томер-Ерушалми она опубликовала юридическое заключение, согласно которому Гали Бахарав-Миара не имеет права контролировать расследование дела, поскольку у нее и ряда сотрудников ее канцелярии наличествует явный конфликт интересов. БАГАЦ, как известно, принял это мнение и издал соответствующее постановление. Но Гали Бахарав-Миара и ее окружение, а вслед за ними и прокуратура, похоже, восприняли заключение Котик как предательство и нарушение принципа профессиональной солидарности, а заодно заподозрили ее в "неправильных" политических взглядах. Для начала сама Бахарав-Миара опубликовала уничижительное заключение, в котором отмечала, что принимает решение БАГАЦа, но одновременно пеняла Яэль Котик на "непрофессионализм", "недостаточную обоснованность выводов с юридической точки зрения", "недостаточную подкрепленность фактами" и т.д. То есть сказать, что это заключение было своего рода пощечиной, значит, ничего не сказать. Затем группа журналистов, известная тесным сотрудничеством с прокуратурой и ведомством юрсоветника правительства, развязала против Яэль Котик то, что она назвала "непрерывной травлей". Ее обвинили в личной неприязни к Бахарав-Миара, политической предвзятости, а далее и в том, что она якобы является особо приближенной к министру юстиции, чуть ли не его дальней родственницей, благодаря чему и заняла нынешний пост.
Травля усилилась в связи с тем, что по решению БАГАЦа Яэль Котик должна будет назначить сотрудника госпрокуратуры, которому предстоит решить дальнейшую судьбу дела Ифат Томер-Ерушалми. В прокуратуре, полиции, и в офисе юрсоветника очень опасаются, что Котик может принять "ошибочное решение". Или, того хуже, найдет повод для требования провести дополнительное расследование.
Впрочем, никакого дела бывшего главного военного прокурора больше нет. После проведенного в рекордные сроки расследования без вызова над допросы основных подозреваемых в сговоре с Томер-Ерушалми и предоставления заведомо ложной информации комиссии по иностранным делам и обороне и БАГАЦу; после того, как следствие не стало устанавливать, кто именно фальсифицировал ролик из "Сде-Тейман", и сняло обвинение в нанесении ущерба ЦАХАЛу и государству, расследовать стало нечего. Остается обвинение в передаче ролика в СМИ, но, по большому счету, у главного военного прокурора есть право передавать журналистам те материалы, которые она считает нужным, следовательно, это не преступление. А то, что ролик был сфабрикован и сопровождался лживыми обвинениями, так для такого вывода нужно решение суда, или, по меньшей мере, нового главного военного прокурора Итая Офира. Кстати, еще три месяца назад военный суд потребовал от последнего в двухнедельный срок принять решение по поводу дальнейшего продвижения дела "Сде-Тейман", но две недели, как видим, затянулись.
И все же вопрос, почему полиция отказалась передать Яэль Котик все материалы расследования по делу Томер-Ерушалми, остается. Неужели есть, что скрывать?..
"Новости недели"
