ИИ-коммунизм: конец труда, кризис демократии и новый политический класс
Мы привыкли рассматривать искусственный интеллект как очередной этап технологического прогресса. Однако ИИ отличается от всех предыдущих изобретений. Паровой двигатель заменил человеческие мышцы, электричество повысило производительность, компьютеры ускорили обработку информации. Искусственный интеллект впервые начинает конкурировать с человеком в самой способности мыслить.
На протяжении тысячелетий экономика строилась вокруг простой идеи: большинство людей необходимо для производства товаров и услуг. От этой предпосылки зависели рынок труда, налоги, образование, политика и демократия. Если ИИ действительно сможет выполнять бОльшую часть интеллектуальной и физической работы лучше человека, эта предпосылка исчезнет.
В результате человечество столкнется не просто с новой технологией, а с переходом к принципиально новому общественному устройству.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
КОНЕЦ ЭРЫ ТРУДА
Уже сегодня ИИ начинает выполнять работу программистов, юристов, бухгалтеров, аналитиков, маркетологов, операторов поддержки и многих других специалистов. Пока человек сохраняет контроль, но направление развития очевидно.
Первая волна автоматизации затронет профессии умственного труда. Вторая волна придет тогда, когда робототехника позволит ИИ уверенно действовать в физическом мире. В этом случае автоматизация распространится на производство, транспорт, строительство, сельское хозяйство и бОльшую часть сферы услуг.
Всегда останутся люди, способные создавать новые идеи, открывать научные законы, управлять сложными системами или создавать выдающиеся произведения искусства. Однако их число будет невелико. Для функционирования экономики потребуется лишь небольшая часть населения.
Это означает, что впервые в истории большинство людей окажется экономически ненужным. Не бедным, не малооплачиваемым, а именно ненужным для производства товаров и услуг. В мире, где основную работу выполняют ИИ и роботы, стоимость человеческого труда будет стремиться к нулю. Главными ресурсами станут энергия, вычислительная инфраструктура и системы искусственного интеллекта.
ИИ-КОММУНИЗМ
Если большинство людей перестанет участвовать в производстве, общество неизбежно столкнется с вопросом распределения. Небольшая группа людей будет проектировать, контролировать и развивать системы ИИ. Остальное население станет потребителем результатов их работы. Для удобства можно назвать первую группу «водителями», а вторую — «пассажирами».
По своей сути такая система напоминает коммунизм. Можно спорить о деталях определения, но если каждый человек получает жилье, еду, медицинское обслуживание и развлечения независимо от своего экономического вклада, трудно отрицать сходство с принципом «от каждого по способностям, каждому по потребностям». Разница лишь в том, что классический коммунизм опирался на труд миллионов людей, тогда как новый будет опираться на труд машин.
Главным политическим вопросом станет не собственность на фабрики или землю, а контроль над ИИ, источниками энергии и вычислительной инфраструктурой.
При этом проблема смысла жизни никуда не исчезнет. Люди способны существовать без работы. Примером могут служить ультраортодоксальные еврейские общины, где значительная часть мужчин не участвует в экономической деятельности, но живет полноценной жизнью, посвящая себя религии, семье и общине.
Вероятно, общество ИИ будет искать новые формы смысла через религию, спорт, искусство, игры, соревнования и различные формы социальной активности.
ДЕМОКРАТИЯ БЕЗ РАБОТАЮЩИХ ГРАЖДАН
Самая серьезная проблема такого мира связана с демократией.
Современная демократия возникла неслучайно. Государствам были нужны граждане как работники, налогоплательщики и солдаты. В обмен люди получали политические права, и возможность влиять на управление страной. Но что произойдет, если большинство граждан больше не нужно ни для производства, ни для ведения войны? Возникает фундаментальное противоречие.
С одной стороны, большинство населения будет заинтересовано в увеличении распределяемых благ. С другой стороны, меньшинство, управляющее инфраструктурой ИИ, будет считать себя источником этих благ. Традиционная демократия предполагает, что все граждане имеют одинаковое право определять распределение ресурсов. Однако если большинство не участвует в создании этих ресурсов, система может стать крайне нестабильной.
Исторически демократия плохо работает там, где одна группа полностью зависит от другой. В обществе ИИ такая зависимость может стать абсолютной. Поэтому возникает вероятность перехода от классической демократии к различным формам технократического управления, где ключевые решения принимаются не большинством населения, а элитой, контролирующей ИИ.
Это может происходить постепенно и даже сохранять внешние атрибуты демократии, однако реальная власть будет сосредоточена в руках тех, кто управляет системами, обеспечивающими существование общества.
НЕИЗБЕЖНОСТЬ НАСИЛИЯ
Многие сторонники ИИ предполагают, что автоматизация приведет к всеобщему благополучию и миру. Более вероятным представляется другой сценарий.
Первый источник насилия находится внутри самих обществ. Люди могут согласиться на отсутствие работы, но далеко не всегда готовы отказаться от влияния, статуса и ощущения собственной значимости. Даже при высоком уровне материального обеспечения неизбежно возникнут конфликты между теми, кто принимает решения, и теми, кто живет за счет системы.
Второй источник насилия находится на международном уровне. Распространение ИИ будет крайне неравномерным. Некоторые страны станут мировыми центрами вычислений, науки и робототехники. Другие останутся потребителями чужих технологий. В результате разрыв между государствами может увеличиться гораздо сильнее, чем во времена индустриальной революции.
Страны, обладающие ИИ, смогут производить практически все необходимое внутри своих границ. Их зависимость от дешевой рабочей силы и внешних рынков резко снизится. Для многих развивающихся стран это станет экономической катастрофой. Миллионы людей попытаются переселиться в богатые общества ИИ. Одновременно возрастет риск идеологического конфликта между обществами, рассматривающими жизнь как комфортное существование, и обществами, построенными вокруг жертвенности, религиозной миссии или революционных идеалов.
Поэтому войны не исчезнут. Они лишь изменят форму. Главными целями станут центры обработки данных, энергетические системы, спутниковая инфраструктура и коммуникационные сети. Защита этих объектов станет важнее защиты многих традиционных промышленных объектов.
НОВЫЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ КЛАСС
Главная проблема заключается в том, что большинство современных политиков готовились управлять индустриальным обществом. Они умеют обсуждать занятость, инфляцию, пенсионные системы и экономический рост. Но им придется столкнуться с миром, в котором большинство людей не работает, бОльшая часть решений принимается алгоритмами, а национальная безопасность зависит от вычислительных мощностей и энергии.
Поэтому обществу потребуется новый тип лидеров. Их главными задачами станут:
* создание системы налогообложения ИИ и автоматизированного производства;
* финансирование универсального дохода и социальных систем;
* управление обществом, где большинство граждан не участвует в экономике;
* предотвращение внутренних конфликтов;
* защита государств ИИ от внешних угроз;
* управление отношениями между обществами, принявшими ИИ, и обществами, которые не смогут или не захотят жить по новым правилам.
Первым практическим шагом может стать введение налога на ИИ. Его должны платить не только производители ИИ, но и компании, получающие выгоду от замещения человеческого труда машинами. Именно такие налоги, вероятно, станут главным источником финансирования будущих систем всеобщего обеспечения.
ЧТО ДАЛЬШЕ?
Более вероятным исходом является не всемирная утопия, а долгосрочный раскол между различными типами цивилизаций. Богатые общества могут быть на удивление хрупкими и не обладать достаточной психологической силой, чтобы долго выдерживать смертоносные конфликты.
Главный конфликт развернется между обществом, рассматривающим жизнь как «игру, которую нужно оптимизировать» («Крепость»), и обществом, которое рассматривает жизнь как «жертву, которую нужно принести».
Стабильность внутри «Крепости» поддерживается не этикой, а холодным осознанием того, что, даже будучи «Пассажиром», лучше оставаться в системе, чем сталкиваться с хаосом высокой энтропии внешней среды.
Не надо думать, что материально обеспеченное общество будет только играть и молиться. Можно предположить, что расцветет все то, что привлекает “человеческим прикосновением”: персональные украшения и предметы быта, игрушки, сделанные ремесленниками; цветы и еда, выращенные около дома. Увеличится интерес к живому искусству, которому не нужно будет искать средства для существования: театр, концерты. Люди будут пользоваться услугами психиатра, который, конечно, будет использовать ИИ, но пациенту будет важно говорить с человеком, а не с машиной.
