Что общего между греческой крестьянкой, спасшей своих детей, и кораблем с новыми репатриантами на борту? Не только то, что они погибли в июне 1948-го, не только…
Лилиана БЛУШТЕЙН
Политическая память — вещь избирательная, жестокая и глубоко идеологизированная. У каждого национального мифа есть свои парадные страницы, а есть замалчиваемые трагедии — “слепые пятна”, за прикосновение к которым политический оппонент немедленно объявляется предателем.
В Израиле таким фантомным нарывом десятилетиями остается “Альталена” — трагедия июня 1948 года, когда правительство Давида Бен-Гуриона применило оружие против корабля с еврейскими репатриантами и вооружением, организованного подпольной организацией Иргун (ЭЦЕЛЬ) Менахема Бегина. Для израильского левого истеблишмента слово “Альталена” долгое время (да и по сей день) было абсолютным табу или оправдывалось жесткой государственной необходимостью. Для правого фланга это стало символом братоубийственного греха и монополизации власти.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
В Греции роль подобного “неудобного табу” играет история Елены (Элени) Гатзояннис — крестьянки из горной деревни Лиа, расстрелянной коммунистическими партизанами в 1948 году. Это имя — кость в горле греческих левых, десятилетиями выстраивавших романтический миф исключительно об “антифашистском подвиге Демократической армии Греции (ДАР)”.
Недавно об этой истории вновь громко напомнила Афродита Латинопулу — яркая и бескомпромиссная представительница греческих правых сил, евродепутат и лидер партии “Фони Логикис” (“Голос разума”). Известная своей безоговорочной поддержкой Израиля, борьбой с пропагандой левого радикализма и жесткой антикоммунистической риторикой, Латинопулу обратилась к фигуре Элени как к символу исторической правды, которую левый мейнстрим десятилетиями пытается стереть из национальной памяти.
ПОДВИГ И КАЗНЬ ЭЛЕНИ ГАТЗОЯННИС
История Элени Гатзояннис — это трагедия матери, столкнувшейся с тоталитарным молохом Гражданской войны в Греции (1946–1949).
В 1948 году деревня Лиа в Эпире оказалась под контролем коммунистических партизан Демократической армии (ELAS/DSE). По мере усугубления военного положения коммунисты начали реализовывать практику, известную в греческой истории как “педомазома” (насильственный сбор детей). Тысячи греческих детей из подконтрольных партизанам деревень насильно вывозились за “Железный занавес” — в страны соцлагеря, чтобы пройти идеологическую обработку и стать будущими кадрами коммунистической революции.
Муж Элени, Христос, находился в эмиграции в США, зарабатывая деньги для семьи. Элени осталась одна с пятью детьми. Когда стало понятно, что коммунисты намерены отнять у нее детей и увезти их в Восточную Европу, 41-летняя женщина спланировала дерзкий побег.
Под покровом ночи она смогла вывезти четырех своих детей через минное поле и линию фронта на территорию, контролируемую правительственными войсками. Сама Элени осталась в деревне, чтобы не вызывать подозрений до тех пор, пока дети не окажутся в безопасности.
Реакция коммунистического трибунала была беспощадной. Элени была арестована. Ее держали в подвале собственного дома, превращенного в штаб и тюрьму, где подвергали жестоким пыткам. 28 августа 1948 года Элени Гатзояннис и еще 12 гражданских жителей деревни были выведены на уединенное плато и расстреляны. Ее тело партизаны сбросили в ущелье. Последнее, что она успела крикнуть перед смертью: “Дети мои! ”.
КНИГА, ФИЛЬМ И СЫН, ИСКАВШИЙ ПРАВДУ
Среди спасенных детей Элени был ее восьмилетний сын Николас (Нико). Оказавшись в США, он вырос, принял имя Николас Гейдж и стал известным американским журналистом-расследователем, работавшим в The New York Times и The Wall Street Journal.
Всю свою жизнь Гейдж посвятил одной цели — установить правду о гибели матери и найти людей, отдавших приказ о ее казни. Результатом его многолетнего расследования стала книга “Элени” (Eleni), опубликованная в 1983 году.
Книга стала мировым бестселлером и памятником материнскому подвигу. Николас Гейдж детально восстановил события тех лет, нашел и опросил бывших партизан и членов трибунала, включая человека по кличке “Судья Гантис”, вынесшего смертный приговор. В книге описан драматический момент, когда Гейдж, держа в руках оружие, встретился с палачом своей матери face-to-face, но отказался от кровной мести, осознав, что убийство лишь опустит его до уровня преступников.
В 1985 году на экраны вышел одноименный фильм “Элени” режиссера Питера Йейтса. Роль Элени исполнила актриса Кейт Неллиган, а роль Николаса Гейджа — Джон Малкович. Голливудская драма вскрыла трагедию греческого коммунистического террора перед мировой аудиторией.
ТЕНЬ ХОЛОКОСТА: КОНТЕКСТ ЭПОХИ
В греческих и международных историко-публицистических дискуссиях фигура Элени Гатзояннис часто рассматривается в едином контексте человеческого гуманизма на фоне тоталитарных катастроф 1940-х годов.
Греция пережила одну из самых страшных трагедий Холокоста в Европе: оккупационные нацистские войска при содействии местной военной администрации уничтожили до 80% еврейского населения страны (включая древнейшие общины Салоник и Янины). Жители Эпира — региона, где расположена деревня Лиа — жили бок о бок с еврейскими торговцами и ремесленниками Янины.
В эпопее Николаса Гейджа и исследованиях эпохи подчеркивается: простые греческие крестьяне, воспитанные в традиционном христианском моральном кодексе (к которым принадлежала и Элени), воспринимали спасение невинных как единственный возможный долг. Тот же духовный импульс, который заставлял греческих праведников прятать еврейских детей от нацистских облав в 1943–1944 годах, в 1948 году заставил Элени Гатзояннис пойти на смерть, чтобы спасти своих детей от коммунистических депортаций. Для тоталитарных режимов — будь то нацизм или сталинизм — человеческая жизнь и семейные связи не имели ценности перед лицом идеологии.
ПОЧЕМУ ГРЕЧЕСКИЕ ЛЕВЫЕ НЕНАВИДЯТ ИМЯ ЭЛЕНИ (И ПРИЧЕМ ТУТ “АЛЬТАЛЕНА”)
Выход книги и фильма “Элени” вызвал в Греции настоящий политический взрыв. В 1980-е годы у власти в страны находилась социалистическая партия ПАСОК Андреаса Папандреу, которая проводила политику “национального примирения”, фактически сводившуюся к героизации левого сопротивления и табуированию преступлений коммунистов.
Когда фильм “Элени” пытались показать в греческих кинотеатрах, левые активисты и члены молодежного крыла компартии (KKE) устраивали пикеты, срывали показы, угрожали прокатчикам и объявляли Николаса Гейджа “агентом ЦРУ” и “фальсификатором”. На протяжении десятилетий упоминание книги “Элени” в греческих академических или культурных кругах считалось “дурным тоном” и “правой пропагандой”.
Здесь и возникает прямая аналогия с израильской “Альталеной”.
Стирание неудобной правды: как израильские левые на протяжении десятилетий стремились замять тему обстрела “Альталены” (где погибли 16 членов ЭЦЕЛЬ и 3 солдата ЦАХАЛа), чтобы не подрывать монопольный миф об исключительно “благородном и единственно верном” строительстве государства Давидом Бен-Гурионом, так и греческие левые табуируют историю Элени, ведь она разрушает миф о Демократической армии Греции как об “освободителях”.
Репутационный яд: назвать в Греции коммунистический режим преступным на примере Элени — значит навлечь на себя обвинения в “переписывании истории”. Точно так же в Израиле десятилетиями попытка назвать трагедию “Альталены” преступлением против еврейских братьев воспринималась гегемонным левым истеблишментом как посягательство на основы государственности.
АФРОДИТА ЛАТИНОПУЛУ: ГОЛОС, РАЗБИВАЮЩИЙ ТАБУ
Именно поэтому выступление Афродиты Латинопулу стало мощным политическим жестом. Латинопулу представляет новое поколение европейских правых консерваторов, которые отказываются играть по правилам, навязанным левым культурным мейнстримом.
Латинопулу регулярно проводит параллели между исторической стойкостью Греции и современной борьбой Израиля против тоталитарных и террористических угроз. В её риторике память об Элени Гатзояннис — это не просто дань прошлому, а маркер национальной гигиены:
“Мы не имеем права забывать преступления коммунизма точно так же, как мы не имеем права забывать мучеников нашего народа. Элени Гатзояннис — это символ греческой матери, победившей тоталитаризм ценой собственной жизни. Левые могут сколько угодно пытаться вымарать ее имя из школьных учебников, но правда пробьет себе дорогу”.
Στις 28 Αυγούστου του 1948, εκτελείται άνανδρα η Ελένη Γκατζογιάννη από τους κομμουνιστές.
Το «έγκλημά της»; Ήθελε να σώσει τα παιδιά της από το παιδομάζωμα.
• Έχουν περάσει 41 χρόνια από τότε που η εμβληματική ταινία «Ελένη», βασισμένη στο βιβλίο του γιου της Νίκου… pic.twitter.com/BwKUHjyYZM
— Latinopoulou (@latinopoulou) August 28, 2026
Напоминая о подвиге Элени, Латинопулу делает то же, что делают израильские консерваторы, хранящие память об “Альталене”: она лишает левый идеологический спектр монополии на моральную правоту.
История Элени Гатзояннис и история “Альталены” — это напоминание о том, что трагедии гражданских и братских войн не лечатся принудительной амнезией. Настоящее примирение возможно только тогда, когда жертвы названы по именам, палачи лишены героического ореола, а подвиг матери, спасшей своих детей от идеологического рабства, занимает свое законное место в пантеоне национальной памяти.
