Несколько месяцев назад минздрав Израиля издал циркуляр, резко ужесточающий контроль над донорами спермы
Петр ЛЮКИМСОН
Отныне каждый банк спермы при появлении нового донора должен немедленно передать сведения о нем в созданный в 2021 году минздравом Всеизраильский формуляр — с тем, чтобы проверить, не пытался ли этот донор сдать сперму раньше и не был ли после такой проверки забракован. Лишь после этого донору-дебютанту разрешат сдать сперму. Одновременно решено резко ужесточить контроль над импортной донорской спермой, чтобы пресечь случаи, когда ее носители страдают теми или иными генетическими заболеваниями.
Создание формуляра доноров спермы и ужесточение контроля за осуществляемыми с помощью их "биологического материала" процедурами искусственного оплодотворения позволяет предотвращать случайные близкородственные браки, а также возникновение многих других проблем. Поэтому данные меры минздрава, казалось бы, можно только приветствовать. В то же время, как рассказал корреспонденту "НН" сотрудник одного из банков спермы, новые правила еще больше осложнят положение тех, кто хочет произвести на свет ребенка подобным путем.
Сегодня в Израиле действуют 17 банков спермы, из которых 13 — при государственных больницах, 3 — при частных и еще один частный банк вне какой-либо больницы, но тоже под контролем минздрава. На первый взгляд, вполне достаточно, но на деле в Израиле существует острый дефицит "биологического материала". Связано это в первую очередь с резким ростом числа женщин, желающих стать матерями с помощью искусственного оплодотворения или заблаговременно замороженных собственных яйцеклеток. Параллельно год от года все больше снижается количество израильтян, желающих пожертвовать сперму на такое благое дело.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Наш собеседник объяснил это несколькими факторами. Во-первых, плата, которую получает донор, не так уж велика, зато накладываемые на него ограничения — в первую очередь, требование о сексуальном воздержании в течение месяца перед процедурой — достаточно жестки. Во-вторых, перед тем, как получить разрешение на сдачу спермы, донор должен пройти огромное множество медицинских проверок, которые суммарно могут занять месяц и больше. Причем критерии проверок настолько высоки, что право на донорство спермы получают лишь 10-15% кандидатов. Наконец, если в 1990-2000 годах донорство спермы считалось в среде израильской молодежи чем-то модным и даже престижным, то теперь эта мода прошла.
Вследствие возникшего острого дефицита донорской спермы отечественного производства израильские банки вынуждены закупать ее за границей. Но, как показал ряд последних инцидентов, при таком импорте существует опасность того, что донор страдает тем или иным генетическим заболеванием, которое передастся ребенку. Это заставляет минздрав действовать с утроенной бдительностью, что, в свою очередь, резко повышает цену импортной спермы и усиливает дефицит.
Так, что шутливая советская песня "Ах мужчины, товар дефицитный, вас по карточкам нужно давать!" оказалась в какой-то степени пророческой.
* * *
Верховный суд удовлетворил апелляцию женщины на решение Беэр-Шевского окружного суда и постановил, что она сможет использовать замороженные эмбрионы, оплодотворенные спермой ее бывшего партнера, несмотря на его возражения. Решение было принято судьями Дафной Барак-Эрез и Йехиэлем Кашером. Судья Гила Кнафи-Штайниц осталась в меньшинстве.
Согласно апелляции, истица и ее бывший партнер долгое время состояли в близких отношениях без оформления брака. В этот период женщина была направлена на процедуры сохранения фертильности на фоне состояния здоровья. При этом оба партнера подписали декларацию, устанавливающую, что каждый из них будет вправе отозвать свое согласие на продолжение процесса оплодотворения — вплоть до стадии переноса эмбрионов в матку женщины.
В рамках лечения из тела женщины были извлечены только три здоровые яйцеклетки. Впоследствии она перенесла операцию по удалению матки, что лишило ее возможности извлечь дополнительные яйцеклетки. Пара рассталась, а через несколько лет женщина попросила использовать эмбрионы с помощью суррогатной матери. В 1996 году был принят Закон о соглашениях на вынашивание эмбрионов, который устанавливает, что партнеры обязаны недвусмысленно и в письменной форме утвердить судьбу оплодотворенных яйцеклеток в случае разногласий. Однако судья Барак-Эрез вспомнила о рассматривавшемся за пару месяцев до вступления этого закона в силу "деле Нахмани": тогда судьи решили, что женщина вправе использовать оплодотворенные яйцеклетки с суррогатной матерью, несмотря на возражения бывшего мужа. Исходя из этого прецедента, Барак-Эрез постановила, что в обстоятельствах дела не следует относиться к подписанной парой декларации как к точному выражению намерений сторон.
Судья Кнафи-Штайниц в особом мнении сочла, что апелляция женщины должна быть отклонена. Она объяснила, что, в отличие от дела Нахмани, оба партнера подписали обязывающую юридическую декларацию в присутствии адвоката, и подчеркнула, что судебное вмешательство, опустошающее содержание явных соглашений партнеров, наносит ущерб правовой определенности и праву каждой стороны свободно определять свою жизнь. Кнафи-Штайниц также отметила, что требование юридической обязанности раскрывать внутренние сомнения является неподобающим проникновением права в эмоциональный и интимный мир партнеров и может привести к деструктивной "юридизации" романтических отношений.
Что ж, пожалуй, это верно по отношению к юным парам. Но в этой истории речь шла о людях, приближающихся к пятидесятилетию, и если их отношения и были романтическими, то в очень далеком прошлом…
"Новости недели"
