Нелегальная разведка — одно из важнейших направлений деятельности почти всех спецслужб мира. Не является исключением "Моссад". Более того, наша страна в условиях враждебного окружения остро нуждается в ней
Иосиф ТЕЛЬМАН, кандидат исторических наук, Нешер
Египет в 60-е годы прошлого столетия представлял особый интерес и требовал пристального внимания "Моссада". Полный бойкот арабскими странами Израиля крайне затруднял работу разведки в Египте. Туда не допускались не только израильские граждане, но даже иностранцы, посетившие Израиль, если у них в паспорте имелась соответствующая отметка. Оставалось единственно возможное решение — использовать разведчиков-нелегалов. К их числу относился и Джек Леон Томас.
ДЖЕК ТОМАС И ЕГО ЖЕНА КАТИ
родился в армянской семье. Родители его были не очень богатыми людьми, но они сделали все возможное, чтобы их сын получил хорошее образование. Джек вырос в Каире. Здесь прошли его детство и юность. Уже в школе он выделялся среди сверстников способностями и жаждой знаний. Джек с увлечением занимался математикой, физикой и другими точными науками. Но особую тягу он проявил к изучению языков. Уже в молодые годы стал настоящим полиглотом. В совершенстве владел французским, английским, немецким, арабским языками. Ну и, конечно, армянским. Позже изучил и иврит.
В 1956 году Томас перебрался в Бейрут, а потом в Западную Германию, в Кельн, где два года работал в крупной торговой фирме. Осенью 1958 года Джек познакомился с молодым ливанцем, которого звали Эмиль. Этот Эмиль был довольно богатым человеком, у него всегда водились деньги, большие деньги. Он неоднократно говорил Джеку, что имеет возможность ни в чем себя не стеснять. Эмиль часто приглашал Томаса в кафе, рестораны и всегда оплачивал счета, отвергая попытки Джека заплатить за себя. Молодые люди часто встречались. Подолгу беседовали. Любили поговорить о женщинах, о спорте. Темой их разговоров были и политические события, в частности на Ближнем Востоке. Томас не скрывал от нового друга своей ненависти к диктатору, президенту Египта Насеру. Эмиль тоже его не жаловал. Дружба крепла, симпатии и доверие друг к другу росли. Томас начал работать на израильскую разведку, сам того не подозревая. Вербовка была проведена резидентом "Моссада" под "чужим флагом". Как-то друзья засиделись в ресторане, время за беседой летело быстро, деликатесы немецкой кухни не оставляли посетителей равнодушными. Однако пора уже было закругляться. Неожиданно Эмиль произнес, обращаясь к Джеку: "Ты можешь заработать много денег, если согласишься возвратиться в Египет для того чтобы принять участие в борьбе против Насера". На недоуменный вопрос Томаса, что Эмиль имеет ввиду тот ответил: ты будешь снабжать информацией разведку одной из стран Запада, которая входит в НАТО. Какой именно страны Эмиль не уточнял, Израиль, естественно, вообще не упоминался. Хотя предложение Эмиля было неожиданным, но смутные догадки, что он связан с какой-то спецслужбой Запада у Джека возникли давно. Томас не колеблясь согласился. При этом он сказал, что деньги, конечно, нужны. Но для него особенно важно, что он будет помогать бороться с режимом Насера.
Выбор израильской разведки не был делом случая. Он был обусловлен глубоким изучением потенциального кандидата. Несмотря на то, что Томас не был евреем, его настроения, непримиримая позиция по отношению к диктатору Насеру давали все основания для привлечения его к работе в Моссаде. Сначала пусть и под чужим флагом. Видный израильский разведчик Вольфганг Лотц писал, что его предстоящее внедрение в Египет планировалось как серьезная военная операция. Это же можно сказать о Джеке Томасе. Программа его обучения носила строго индивидуальный характер и вместе с тем была исключительно насыщенной и целеустремленной. Подготовка Томаса к предстоящей работе проходила на конспиративной квартире в Кельне. Специалисты обучили Джека основам разведывательной техники. В том же 1958 году Томас возвратился в Каир и сразу же стал создавать агентурную сеть. Он проявил себя как талантливый вербовщик и сумел довольно быстро решить эту сложную задачу. Ориентируясь на единомышленников, он имел вскоре ценные и надежные источники информации. Благодаря своему легкому и общительному характеру Джек завел новых друзей, не сразу, конечно, но приобрел опыт профессионального разведчика.
Джек встретился с Мухаммедом Ахмед Хасаном, с которым вместе учились в школе и даже в футбол когда-то играли в одной команде. Теперь Хасан был офицером египетской армии. Оба были рады встрече. Мухаммед пожаловался Томасу на трудности, по его словам хорошо живут только те офицеры, которые имеют богатых родственников. Мухаммед Хасан постоянно нуждался в деньгах. Он вел образ жизни не по средствам. Свободное от службы время проводил в ресторанах, часто менял подружек. После нескольких встреч Джек прямо сказал Хасану, что может ему помочь, есть люди, которые дадут деньги, но, естественно, услуга за услугу. Он имеет доступ к секретным штабным документам, то, может быть, согласится передавать эти документы для фотографирования тем, кто ими интересуется. Мухаммеда долго уговаривать не пришлось. Проявил прежде всего интерес к сумме на которую может рассчитывать. Она оказалась даже большей, чем он предполагал. И уже через три дня после этого разговора Томас получил пачку документов, ценность которых не вызывала сомнений. В них содержалась информация о боеспособности частей египетской армии, о ее боевой технике и даже о планируемых операциях против Израиля. Ценную информацию передавали завербованные Томасом двое молодых армян, еврейка-танцовщица в ночном клубе и другие агенты. Собранной Томасом и его группой информации было так много, что даже иногда возникали трудности с их своевременной передачей. Дорога ложка к обеду, гласит пословица. Томас завербовал опытного фотографа Карапета Токильяна и он помогал обрабатывать информацию и это ускорило передачу ее в Центр.
Периодически Джек выезжал в Германию и другие европейские страны для встреч со своими шефами, которые выступали перед ним как высокопоставленные чиновники НАТО. Он передавал им военную и другую информацию, а взамен получал деньги и новые задания. Во время одной из таких поездок Джек познакомился с молодой красивой немкой Кати Бендхоф. Разведчики тоже влюбляются. Их роман развивался стремительно. Уже через две недели они поженились. Кати переехала в Каир. Молодая жена пополнила агентурную сеть, она стала надежной помощницей Томаса, а потом и радисткой.
Томас занялся бизнесом, создал торговую фирму, которая экспортировала в европейские страны сувениры и предметы египетского искусства.
На одной из встреч с резидентом Томасу, наконец, сообщили, что он работает не на НАТО, а на израильскую разведку. Это его не очень удивило. По характеру заданий он давно понял, что сведения, которые он передает, должны интересовать в первую очередь Израиль. То обстоятельство, что он узнал правду, нисколько его ни обеспокоило, не поколебало его решимости продолжать работу. Он, как и раньше ненавидел Насера и его режим, в то же время симпатизировал молодому демократическому еврейскому государству. Он считал, что в судьбе евреев и армян много похожего. Возвратившись в Каир, пожалуй, еще с большим желанием продолжал свою опасную работу. На следующей встрече с сотрудником "Моссада" зашла речь о необходимости обеспечить более быструю и надежную связь группы Томаса с Центром. И Джек сказал, что он думал над этим вопросом, его жена выражает желание обучиться радиоделу. Это, пожалуй, оптимальный вариант заявил резидент разведки Израиля.
Кати Бендхоф в Амстердаме прошла курс обучения работе на радиостанции. Она оказалась хорошей ученицей. Теперь связь с Центром была постоянной и мобильной. За несколько недель Кати неплохо освоила работу на рации. Задания и инструкции Томас и его группа получали по радио, свою информацию они передавали таким же образом. В качестве кодовой книги использовался роман американской писательницы Перл Бак "Добрая земля".
Когда Кати в назначенное время включала рацию, из эфира раздавался сигнал пароля, а затем в течение нескольких минут был слышен визг, потом он прекращался и превращался в ясно различимые точки и тире азбуки Морзе. Записав их радистка приступала к дешифровке. Указания разведцентра всегда были лаконичными и четкими. Иногда в них содержалась благодарность за переданную ранее информацию. В частности, благодаря Томасу, важные приказы и распоряжения египетского военного министерства нередко попадали в Моссад, почти одновременно с теми, кому были адресованы для исполнения. Важную информацию Центр получал от Джека о военных объектах египтян, о передислокации войск.
Характерной чертой Томаса-разведчика было умение работать с людьми. На них производила впечатление его простота в общении, располагающая к откровенности манера вести беседу. Он умел расположить к себе любого собеседника. Мухаммед Хасан по-прежнему оставался ценнейшим информатором в агентурной сети, созданной Томасом. Он передавал важные документы и оказывал помощь в получении самой разнообразной информации. Так, он неоднократно приглашал Джека и его жену на прогулку вдоль Суэцкого канала, где размещались важнейшие военные объекты. Возвратившись с этих прогулок, они вместе составляли отчет для передачи в "Моссад".
Разведгруппа получала неплохое по меркам Ближнего Востока содержание. Деньги им направляли через один бельгийский банк под видом помощи из Германии. "Моссад" снабдил Томаса всем необходимым для ведения разведки, конечно, в первую очередь, оперативной техникой.
Очень ценные сведения получала израильская разведка от Томаса о военной промышленности Египта. В частности, такую информацию поставляли Жорж Домакян и его брат Маскуф. Они оба работали на военных заводах и располагали достоверными и важными сведениями о производстве вооружений в стране и о поставках боевой техники из СССР. Агентурная работа шла успешно. В Центре не скрывали, что высоко оценивают деятельность Томаса и его группы. У Джека и Кати появилась излишняя самоуверенность. Они в какой-то момент утратили бдительность. И как это бывает в агентурной разведке, все окончилось провалом.
Следует заметить, что работа рации Кати была зафиксирована египетской контрразведкой. И там занервничали. Сознание того, что где-то рядом находятся израильские агенты, которые передают важную информацию "Моссаду", а они не могут помешать этому, было для спецслужб в Каире прямо таки унизительным. Радиопеленгаторы работали непрерывно, но так ничего не установили. Удача пришла к египтянам с другой стороны, оттуда, где ее не ждали. В мае 1960 года Томас получил задание завербовать офицера египетской армии, крайне желательно летчика. Это задание было предварительным, следовало подождать детальных инструкций. Но Джек не стал ждать ни ориентировки на конкретных лиц, ни детальных указаний по вербовке. Исходя из своих представлений, решил завербовать молодого офицера, христианина коптского происхождения Адива Хана Карлеса. Тот понял "намек", однако не дал определенного ответа. Но немедленно сообщил своему командованию о сделанном ему предложении. В дело включилась египетская контрразведка. За четой Томас установили наблюдение. Джек заметил это и успел предупредить об опасности своих людей. Наметил пути отхода, заготовил для себя и жены паспорта на чужие имена. Кати, еврейской танцовщице и еще некоторым удалось бежать. Но 5 января 1961 года сам Томас и несколько агентов из его группы были арестованы. Почти до конца года длилось следствие, затем состоялся суд. Джек заявил, что шпионил для Израиля по двум причинам — из ненависти к режиму Насера, ну и ради денег. На обвинение прокурора в предательстве Джек ответил: "Я никогда не считал себя египтянином. Армяне в Египте подвергаются дискриминации".
Военный трибунал приговорил Томаса к смертной казни. 20 декабря 1961 года он был повешен.
Джек Томас много сделал для безопасности нашего государства, и память о нем бережно хранят израильтяне.
