Четыре жены старого Мордехая
Инна СТЕССЕЛЬ
Мордехай — так представился по телефону мужчина — сообщил, что хочет познакомиться с порядочной еврейской женщиной. Поскольку у него небольшие проблемы со слухом, а телефонный разговор требует от него немалого напряжения, просит о личной встрече. "Свидание" Мордехай назначил в сквере, недалеко от моего дома. Оказалось, он знает, где я живу, у него самого квартира в соседнем районе.
К назначенному времени я пришла в сквер, но никого не увидела. На скамейке у входа сидел, уткнувшись в газету, сухонький старичок, на потенциального жениха мало похожий. Я собиралась пройти мимо, но старичок окликнул меня.
— Если ищете Мордехая, считайте, уже нашли. Садитесь! — он похлопал ладонью по скамейке рядом с собой.
— Очень приятно, — несколько растерянно произнесла я, присаживаясь.
Мордехай поднял на меня совсем не по-стариковски насмешливые глаза.
— И как? — спросил он.
— Что "как"? — не поняла я.
— Такой "юноша" может рассчитывать на знакомство?
— Знакомятся в разном возрасте.
— Вы погромче говорите, — попросил он.
Я повторила.
— Да-да, — согласно кивнул он. — Все в руках Всевышнего. Что кому "приписал", то и будет. Я на НЕГО очень надеюсь. У меня программа — дожить до еврейских 120 лет! Сейчас мне 86, значит, впереди еще 34 года. И прожить их нужно так, чтобы не было мучительно больно…
Я рассмеялась, старик мне определенно нравился.
— Вы вдовец?
— В том-то и дело, — вздохнул он. — Последняя жена год как умерла.
— "Последняя"? Сколько жен у вас было?
— Четыре.
— Ничего себе…
— А чего вы удивляетесь? Жизненная дорога длинная. Я любил женщин, они – меня, хоть на Жана Маре не тянул и росточка небольшого. Я вообще везучий человек. С рождения. Когда мама меня на свет производила, то ли в пуповине запутался, то ли пошел ножками, но выжить больших шансов не имел. Повитуха из нашего местечка Золотоноши, бабка Оксана, тогда сказала: "Раз не помер, большим человеком будет. Может, даже генералом". Такая легенда была в семье.
— И что, сбылось пророчество?
— А?! — Мордехай приложил ладонь к уху. — Нет, генералом не стал. Но в другом преуспел.
— Например, в чем?
— Вторично выжил в Голодомор. Малые дети мерли, как мухи. А я живехонек по сей день. В армии служил на Крайнем севере. Однажды в казарме пожар начался, трое погибли, многие остались инвалидами, а я — ничего, хотя был в самом пекле. В тюрьме дважды сидел. Урки сто раз могли подрезать, мог сдохнуть от болезни, а я даже туберкулез не подхватил. Как заговоренный.
— За что сидели? — громко спросила я.
— За бизнес. Тогда это называлось "валютными операциями". 88-я статья Уголовного кодекса. Наказание вплоть до смертной казни. С конфискацией. Отсидел положенное. Не сладко, конечно, приходилось, но могла быть и вышка!
— Да… Не простая у вас, Мордехай, жизнь была.
— Ха! — откликнулся он. — Роман можно писать. Если заинтересуетесь, много порасскажу историй, да таких, о каких не слыхивали. Но сейчас давайте к моему знакомству перейдем.
— Давайте. Вы давно в Израиле?
— Почти 20 лет.
— Один приехали?
— С Аней, с последней женой. Я, когда с ней познакомился, остепенился, она меня крепко в руках держала.
— Больше не нарушали законов?
— Нет. Возраст уже был не… авантюрный. Да и законы изменились. По новым законам я бы не в тюрьме сроки мотал, а стал бы олигархом.
Помолчав, он печально сказал:
— Вот как в жизни бывает — Аня на 15 лет моложе меня была, а ушла раньше.
— У вас есть дети?
— Как сказать. Родил двух сыновей и дочку. Наверное, есть внуки и правнуки. Но связь с ними давно оборвалась, так что не знаю, как сложились их судьбы. Жизнь в разные концы Союза забрасывала меня, всегда под статьей ходил, какие тут дети…
— И сейчас хотите в пятый раз жениться?
Мордехай не расслышал, скорее догадался о вопросе. Судя по его ответу, вопрос показался бестактным.
— Вы на меня смотрите, как на чудика какого-то, — усмехнулся он. — Аня меня так и называла "чудик", чудаковатый то есть, странный. Я же понимаю, как выгляжу в ваших глазах: дряхлый дед, четыре жены имел, связей не сосчитать, и опять знакомиться задумал. Шустрый чудик, да? Смех?
— Ничего смешного не вижу, — смутилась я. — У всех разные судьбы, у вас – такая.
Мордехай, не слыша меня или не слушая, продолжал свое:
— Только я, во-первых, не дряхлый. Телом здоров, умом крепок. Память цепкая, как у молодого! Одно слово, старая гвардия! Во-вторых, я ж не собираюсь женщину под хупу вести. Не понравится у меня — уйдет подобру-поздорову.
— Чего ждете от женщины, с которой хотите познакомиться?
— Как я уже упомянул, она должна быть еврейкой. У меня жены были, что Интернационал: первая — наполовину белоруска, наполовину полька; вторая украинка; третья татарочка; Аня русская. Но и я не Мордехаем был, а Михаилом. В Израиле поменял не только имя, но и привычки: стал ходить в синагогу, молюсь, праздники чту. Для меня не имеет значения, будет женщина верующей или нет, но чтоб соблюдала главные законы. Возраст? Лет семидесяти пяти. Без острых заболеваний. С приятным характером, аккуратистка. И чтоб любила собак. У меня старенький пинчер, обижать его не дам.
— У вас своя квартира?
— Амидаровская. К государству Израиль претензий не имею. Ни дня на него не работал, а содержание получаю.
* * *
Еженедельно в газете "Новости недели" появляются публикации диалогов ведущей рубрики "Вот и встретились два одиночества", известной журналистки Инны СТЕССЕЛЬ с желающими найти свою половину и одновременно — при желании — исповедоваться. Это своеобразный клуб знакомств, который является совместным проектом редакции и хайфского клуба общения. Мы решили познакомить вас с некоторыми наиболее любопытными публикациями. Если вы захотите связаться с соискателями — координаты публикуются по четвергам в газете. Дополнительные сведения о проекте можно получить по телефонам: 054-7533771, 04-8627884 (телефон-факс). Письма и заявки на интервью следует отправлять на почтовый адрес клуба — NESHER, 36772 № 1307 или по адресу: Хайфа, улица Мартин Бубер, 22 – 16. Можно воспользоваться электронным адресом: [email protected].
