Нападение России на Украину ожидаемо коснулось и Израиля в самых разных сферах. Некоторые последствия носят мгновенный характер, другие среднесрочный и долгосрочный, причем просчитать силу и продолжительность эффекта на данный момент не представляется возможным
Давид ШАРП
В эти дни, когда Западный мир активным фронтом выступил против российской агрессии, что привело к потоку различных санкций и заметно усиливающейся изоляции России, израильское правительство выбрало острожную стратегию. Многие наши граждане возмущаются: ведь абсолютно очевидно, где добро, а где зло, так почему же Израиль не присоединится к жестким мерам ряда стран Запада, вплоть до поставок оружия Украине? Ответ на этот вопрос непрост, но в целом вполне очевиден: моральные соображения в данном случае вступают в противоречие с серьезнейшими вопросами национальной безопасности. Каковая для еврейского государства — далеко не абстрактное понятие.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Отношения Израиля и России до нынешних событий можно охарактеризовать как непростые, но вполне приемлемые. Россия является важным игроком на Ближнем Востоке и особенно значимым в Сирии, где присутствует ее воинский контингент и где она вместе с Ираном военными и экономическими методами обеспечивает существование режима Асада. Говоря упрощенно, для Израиля важен тот факт, что Москва обладает огромным влиянием на Дамаск, и ей, как принято считать, не очень по душе иранская экспансия в Сирии. На территории нашего северного соседа происходят основные события так называемой "войны между войнами", которую Израиль ведет против иранской экспансии и попыток Тегерана оказать существенную военную помощь различным проиранским силам и террористическим организациям. Между военными Израиля и России действует специальный механизм по предотвращению различных инцидентов. В этом контексте важно отметить, что действия против иранцев носят активный, но в большинстве случаев относительно ограниченный характер (например, Израиль частенько воздерживается от ударов по живой силе), дабы они не привели к резкой эскалации.
Но представим, что российские средства ПВО начнут угрожать израильским самолетам. Это поставит Иерусалим перед выбором: продолжить атаки, подвергая машины и пилотов повышенной опасности, или же активно отреагировать на российскую угрозу. И тот, и другой сценарии нежелательны для Израиля. Конечно, боевой потенциал российского контингента в Сирии ничтожен в сравнении с ЦАХАЛом. Однако дело не в том, кто сильнее, а в том, что военное столкновение с Россией приведет к резкому ухудшению отношений с ней, что чревато негативным для обеих стран последствиям. Если свобода антииранских действий ЦАХАЛа в небе Сирии пострадает, а "российская головная боль" станет ощутимой, то эффективность нашего противостояния основной угрозе снизится.
Есть и еще один аспект: после российско-грузинской войны 2008 года Иерусалим и Москва заключили договоренности о взаимном отказе от поставок ряду страны некоторых систем вооружений. И по факту стороны их в целом соблюдают: ни Асад, ни Иран не получают от Москвы определенные системы, или получают, но в ограниченном количестве. Со своей стороны Израиль не поставляет упомянутые в договоренностях системы в Грузию и Украину. Относительно последней речь идет о различных типах противотанковых ракет, БПЛА и барражирующих боеприпасов. Однако ограничения на поставку стрелкового оружия и, скажем, средств связи не вводились. С другой стороны, такой пример: ЗРК С-300, формально поставленный сирийцам, после инцидента со сбитым ими российским самолетом Ил-20, под контроль Дамаска так и не передали.
Наконец, у России, в отличие от США, весьма неплохие отношения с Ираном. Этот факт также важен для Израиля, поскольку Москва иногда прислушивается к пожеланиям Иерусалима, что иногда обретает те или иные полезные для Израиля практические очертания. Разумеется, России тоже не нужна ссора с таким важнейшим региональным игроком, как Израиль. И дело не только в том, что российский контингент в Сирии на порядки слабее ЦАХАЛа: в случае двустороннего обострения Израилю по силам "нагадить" России в этой стране и без прямого применения военной силы. Собственно, не только там: скажем, потенциально возможна и поставка оружия Украине. В общем, обеим странам весьма невыгодно ссориться, и до сих пор в их руководстве это понимали. Но после российского нападения на Украину ситуация изменилась.
Полностью абстрагироваться от происходящего Израиль не может и понимает, что на его действия последует реакция Москвы. После чего отношения могут покатиться по наклонной со всеми неприятными последствиями для обеих сторон. Именно поэтому израильская официальная позиция, высказанная премьером и министром иностранных дел, при выражении глубокого сочувствия Украине не носила конфронтационного характера по отношению к Москве. Неслучайно другим министрам было настоятельно рекомендовано воздержаться от заявлений по поводу российско-украинских военных действий. Однако на фоне введения Западом против России все новых санкций можно ожидать, что Вашингтон потребует этого и от Иерусалима. А отказать американцам в настойчивых просьбах Израилю традиционно непросто. Впрочем, согласно источникам в Иерусалиме, Вашингтон до сих пор с пониманием относился к израильским нуждам в данном вопросе.
Пока же, несмотря на намек США о благосклонном отношение к поставкам Украине израильского оружия, Нафтали Беннет отказался от такого шага. Тем не менее, Украина уже получает помощь Израиля: двумя самолетами туда отправлено 100 тонн гуманитарных грузов. Наблюдается множество различных инициатив со стороны частных лиц и компаний, в том числе, в сфере медицины, включая приезд израильских врачей и консультации онлайн. Проходит информация даже об отдельных добровольцах, готовых воевать за Украину, причем отнюдь не из числа тех наших сограждан, которые проживают в этой стране на постоянной основе. Гораздо более распространенное явление — перевод средств на нужды украинской армии и отправку гуманитарной помощи — соответствующие банковские реквизиты легко найти в интернете.
Еще один аспект, который правительства традиционно принимают в расчет, — наличие в той или иной стране еврейской общины, которой действия Израиля могут косвенно нанести ущерб (речь идет о государствах со значительными общинами наших соплеменников). На мой взгляд, подобный фактор не должен быть слишком весомым: никто уже давно не принуждает евреев продолжать жить в странах, где им реально или гипотетически могут создать серьезные проблемы.
Одним военно-политическим хитросплетением дело, безусловно, не ограничивается. Резонно задать вопрос: что будет с российскими пенсиями, которые выплачиваются множеству израильтян – выходцев из России? Возможно, окажется под угрозой сама система перевода денег. Но даже если переводы будут осуществляться, на размере пенсии в шекелях наверняка отразится резкое падение курса рубля. А в том, российская валюта пострадает всерьез и надолго, сомневаться не приходится.
Разумеется, пострадают, можно сказать, уже страдают экономические связи Израиля с обеими воюющими странами. Объем российского экспорта в нашу страну составляет 2,415 млрд долларов, в основном это сырьевые и сельскохозяйственные продукты. В условиях полного или даже частичного отключения России от международной банковской системы передачи информации и переводов (СВИФТ) платить за российскую продукцию станет проблематично, если вообще возможно. Не говоря уже о подпадании части наименований продуктов под нарастающие волной международные санкции, если Израиль все же присоединится в той или иной степени к санкционному процессу. Министр иностранных дел Яир Лапид сообщил, что такой сценарий обдумывается, чем, на мой взгляд, допустил ошибку: решитесь вводить антироссийские санкции — вводите, но зачем публично сообщать о раздумьях, если, в конце концов, такое решение принято не будет?! Израильский экспорт в Россию составлял 958 млн долларов в год, и это всего 0.8% общего экспортного объема страны. Потенциальное снижение может быть обусловлено не только с техническими помехами во взаиморасчетах, но и с тем, что в условиях международных санкций и изоляции кризис российской экономики неизбежен, а это подразумевает снижение платежеспособности.
Что касается Украины, то здесь объемы двухсторонней торговли существенно ниже. Импорт украинских товаров — в основном сельхозпродукции, продуктов питания и металлов — ориентировочно составил бы в 2022 году 650 млн долларов, вот только неясно, как это осуществимо на фоне масштабных военных действий и их пока неясных, но наверняка существенных последствий. Израильский экспорт в Украину к концу нынешнего года должен был составить 170 млн долларов. Ясно, что экспортные поставки уже сокращаются, но их объемы не особо значимы для нашей экономики. Серьезный удар получил разве что ряд израильских IT-компаний, чьи украинские представительства в эти дни частично или полностью прекратили функционировать.
В свете нападения России на Украину часть стран НАТО увеличат свои военные бюджеты. А некоторые из них, в частности Германия, как было официально заявлено канцлером, — увеличат значительно. Это среди прочего означает, что израильские компании ВПК ожидают дополнительные заказы. Например, уже анонсирована дополнительная закупка Германией израильских БПЛА.
[nn]
