Она "была очень мудрая женщина, искушенная почти во всех областях государственной жизни, которая успешно преодолевала все недостатки, связанные с ее полом, и бралась за самые ответственные дела", — так средневековый хронист Гийом Тирский отзывался о Мелисенде, королеве Иерусалима, не самой плохой правительнице в многовековой истории Святого города
Бина СМЕХОВА, Алекс РЕЗНИКОВ
Из цикла "Иерусалимские профили"
В Британском музее в Лондоне хранится иллюминированная рукопись – так называемый Псалтирь Мелисенды, появившийся около 1135 года в Иерусалиме, когда там правила королева Мелисенда (около 1101-1161). Он включает в себя 211 пергаментных листов, созданных семью художниками, который работали в помещении для переписывания рукописей при Храме Гроба Господня. По имени из них известен только один миниатюрист – некто Василиус, который подписал выполненную им иллюстрацию на тему Нового Завета. Как считают специалисты, он был греческого или армянского происхождения, но, в любом случае, осваивал свое ремесло в Византии.
В Псалтири есть также календарь, в котором отмечены связанные с Иерусалимом даты, и тексты молитв, сопровождаемые изображениями святых. Футляр выполнен из слоновой кости и украшен бирюзовыми бусинами. На передней его стороне написаны сцены из жизни царя Давида. Плетеный корешок представляет собой вышивку в византийском стиле шелковыми и серебряными нитями.
Наиболее вероятно, что владелицей Псалтири была именно Мелисенда, ибо в упомянутом выше календаре единственные "памятные" даты касаются взятия Иерусалима крестоносцами и смерти родителей королевы. Заказать же Псалтирь художникам мог ее супруг Фульк — в честь примирения с женой после ожесточенной борьбы за обладание всей полнотой власти в Иерусалиме.
…Мелисенда была старшей дочерью короля Иерусалима Балдуина II и армянской принцессы Морфии Мелитенской. Правитель Святого города скончался в 1131 году, оставив четырех дочерей и ни одного наследника "мужеского полу". Тем не менее, еще в 1129 году Балдуин объявил Мелисенду своей преемницей, и до самой смерти отца она официально считалась его соправительницей. И все же по тогдашним законам одной оставаться на престоле ей не полагалось. Надо было выбирать супруга, который бы и получил все властные полномочия. Таковым стал один из самых могущественных дворян-крестоносцев – граф Анжуйский Фульк V, разменявший четвертый десяток. Еще при жизни Балдуина он потребовал объявить себя единственным правителем Иерусалима. Отец Мелисенды согласился было, но потом передумал, опасаясь, как бы Фульк не развелся с Мелисендой и не провозгласил наследником престола своего сына от первого брака.
Несмотря на все "шероховатости", свадьба состоялась 2 июня 1129 года. Через год Мелисенда родила сына Балдуина III, и вопрос с будущим престолонаследием решился как бы сам собой. И все же когда после смерти Балдуина Мелисенда и Фульк взошли на трон, между супругами началось жестокое соперничество. Сначала граф отстранил Мелисенду от выполнения ее прямых обязанностей — в частности, дарования титулов и земель крестоносцам, а потом и вовсе обвинил ее в любовной связи с двоюродным братом Гуго II и даже попытался организовать покушение на его жизнь, но неудачно. Конечно же, в супружескую неверность Мелисенды в Иерусалиме никто не верил, но бросить открытый вызов мстительному Фульку местная знать не решалась.
Мелисенда, видимо, проявила характер, и мало-помалу бразды правления королевством вернулись в ее руки. Супруги воссоединились. В честь этого события и был заказан Псалтирь, находящийся в Британском музее.
В 1136 году у супружеской пары появился второй сын – Амори. Когда ему исполнилось семь лет, Фульк погиб в результате несчастного случая на охоте. Тогда же на царство был коронован старший из сыновей – тринадцатилетний Балдуин III. До достижения пятнадцатилетнего возраста мать официально считалась его опекуншей. Но вскоре Мелисенда в официальных документах наряду с собственным титулом стала упоминать имя своего любимчика, младшего сына Амори. Так что новый "конфликт интересов" был неизбежен.
Достигнув двадцати одного года, Балдуин III, пренебрегая советами духовенства, которое поддерживало его набожную мать, самовольно короновался на царство. Первоначально предполагалось, что ему отойдут в правление северные области королевства с Тиром и Аккрой (Акко), а юг с Наблусом (Шхемом) и Иерусалимом – Мелисенде. Однако юноша был слишком похож на своего отца, чтобы согласиться с таким компромиссом. В начале 1152 года он осадил Святой город и фактически "отобрал" его у матери.
20 апреля появляется указ, закрепляющий привилегии церкви Успения Богородицы в долине Иосафат, исходящий единственно от "Балдуина, милостью Божьей четвертого короля латинян в Иерусалиме". И дальше повторяется знакомая история: в "родственной" борьбе Мелисенда возвращает себе королевский титул, чему свидетельством печать на Хартии 1160 года. Но в этот раз воспользоваться плодами своей победы ей суждено было самым неожиданным, хотя и печальным образом. Спустя всего год Мелисенда умерла и согласно привилегиям, данным ранее старшим сыном церкви Успения Богородицы, была здесь похоронена. Ее гробница находится сегодня в капелле, принадлежащей грекам-ортодоксам, а в капелле напротив, которую "опекают" армянские священники, можно увидеть гробницы еще нескольких принцесс иерусалимского королевства крестоносцев.
Мелисенда оставила память о себе как о самой замечательной королеве Иерусалима. Она получила блестящее образование, знала несколько языков: армянский (язык матери), французский (язык отца), латынь, греческий и арабский. В отличие от многих своих современниц, умела читать и писать. Интересовалась естественными и духовными науками. Умела очаровать собеседника изысканными манерами. И… была прекрасной всадницей.
Более тридцати лет Мелисенда довольно умело управляла делами королевства. Она окружала себя людьми, безраздельно ей преданными. Могла заставить сына поступить так, как считала полезным для государства. По ее настоянию Балдуин подтвердил данное еще его дедом освобождение от налогов и пошлин всем купцам, приезжающим в Иерусалим, причем не только латинянам, но и сирийцам, грекам, армянам, мусульманам. На свои средства Мелисенда открыла в городе огромный рынок, где одних только хлебных лавок было почти три десятка; отстроила мечеть Омара и в 1141 году превратила ее в христианскую церковь Темплум Домини; основала монастырь Святого Лазаря в Вифании, где ее сестра Йоветта стала настоятельницей; постоянно делала пожертвования Храму Гроба Господня, благодаря которым все его приделы были объединены в единый архитектурный ансамбль.
…Любопытно, что благодаря Мелисенде уже в наше время известность приобрел человек, который вовсе того не заслуживал – некий француз по имени Гильельмо Либри. Он "специализировался" на кражах редких книг из публичных библиотек и частных собраний. В 1840 году Либри стащил Псалтирь Мелисенды у директора лионского Дворца искусств А. Комармонда, перепродал его лондонским букинистам Пейну и Фоссу, и уже от них этот раритет в ноябре 1845 года попал в Британский музей.
Вот такая "минута славы" (в историческом измерении, конечно) нежданно-негаданно досталась человеку весьма сомнительного ремесла…
"Силуэт" (приложение к израильской газете "Новости недели")
