Мечтал ли Вовочка "делать жизнь" со Штирлица?
Геннадий ПЛЕТИНСКИЙ
Мемуар израильского журналиста, которому довелось познакомиться с ВВП в то время, когда тот был не российским президентом, а советским резидентом.
– Все в порядке? — поинтересовался директор дрезденского Дома дружбы СССР-ГДР.
– Вроде бы… – ответил я, на тот момент еще не ведая, что это не совсем так.
Да и кто мог бы заподозрить, что под обязательное мероприятие, включенное в программу зарубежной поездки группы передовиков сельского хозяйства Узбекистана, уже заложена гастрономически-идеологическая мина?
И тем более никто не мог предвидеть в том далеком уже 1986-м, что задавший дежурный вопрос скромный руководитель советского учреждения в административном центре одного из четырнадцати округов "первого немецкого государства рабочих и крестьян" через без малого полтора десятка лет станет главой РФ – правопреемника распавшегося СССР…
Обладай автор этих строк даром предвидения – как минимум сфотографировался бы для истории рядом с собеседником. Хотя, скорее всего, Владимир Владимирович Путин (а именно он в 1985-1990 годах занимал пост директора Дома дружбы СССР-ГДР в Дрездене) нашел бы повод избежать подобной фотосессии, чтобы не "светиться" на снимках почем зря. Ведь должность эта была, по его признанию в бестселлере "От первого лица: разговоры с Владимиром Путиным" (издательство "Вагриус", 2000), лишь прикрытием деятельности 34-летнего в ту пору капитана КГБ в одной из советских территориальных разведточек.
Бытует мнение, что работа нелегалом за рубежом – одна из причин зашкаливающей в опросах любви россиян к Путину. Это обожание "гаранта конституции РФ" нашло отражение в том числе и в анекдотах – по большей части не столь смешных, сколь комплиментарных, сработанных по лекалам, милым сердцу "простого народа". Что подтверждает давние подозрения советских граждан: большинство подобных произведений фольклорного жанра сочиняли специалисты с Лубянки.
Вспомним одну из самых распространенных в начале первой каденции Владимира Владимировича шуток: "Почему президент Путин так популярен в народе? Потому что в его лице объединились два любимых в России персонажа: enfant terrible Вовочка и разведчик Штирлиц".
О том, мечтал ли Вовочка "делать жизнь" со Штирлица-Исаева, анекдоты умалчивают. Но сам президент РФ неоднократно с гордостью упоминал о своем опыте работы во внешней разведке КГБ.
К примеру, в 2015 году Путин в интервью американскому журналисту Чарли Роузу дал ответ на реплику о том, что "бывших сотрудников КГБ не бывает" (опубликовано в издании "Forbes"). Интервьюер пересказал мнение сотрудников ЦРУ, подчеркивающих: российский лидер обладает важными навыками, которые можно получить только на оперативной работе в разведке. На это Путин заметил, что у него уже довольно давно другая работа, но при этом признал – ни один этап жизни не проходит бесследно: "Чем бы мы ни занимались, что бы мы ни делали, всегда эти знания, этот опыт, они всегда остаются с нами, и мы несем их с собой дальше, как-то используем. В этом смысле — да. Они правы".
После потрясений 1990-х многие россияне начали ратовать за наведение порядка, а некоторые даже за пресловутый "железный кулак". Опросы общественного мнения показывали: избиратели хотели, чтобы следующий президент был молодым, этнически русским, бывшим сотрудником спецслужб и непьющим.
"Потеряв веру в либералов, страна искала своего Штирлица", — писал редактор отдела России и Восточной Европы журнала "Economist" Аркадий Островский в своей книге "Изобретение России". Он отмечал, что в 1999-м газета "Коммерсант" заказала опрос, где вопрос ставился так: героя какого фильма россияне хотели бы видеть в качестве своего будущего президента? Штирлиц оказался в этом списке вторым после маршала Жукова. Тем не менее на обложке еженедельного приложения газеты был помещен портрет не "маршала Победы", а Штирлица с заголовком "Президент-2000". И уже в марте 2000 года, после недолгого периода в качестве "исполняющего обязанности", Путин был избран на этот пост.
* * *
Но вернемся в 1986-й, в дрезденский Дом дружбы СССР-ГДР. Он располагался на нижнем этаже строения в стиле "сталинский ампир", как неформально обозначают все многообразие эклектики в архитектуре, монументальном и декоративном искусстве СССР с середины 1940-х до середины 1950-х. Подобные здания в послевоенные годы появились в тех странах Восточной Европы, которые оказались в сфере влияния Советского Союза. Застроили ими и большую часть Дрездена, в конце Второй мировой практически полностью разрушенном в результате серии ударов британской и американской авиации. На месте города остались руины, которые расчищали, одновременно восстанавливая особо ценные исторические здания. А вокруг них власти ГДР возводили новые проспекты, взяв за образцы опыт советского градостроительства.
Путин прибыл в Дрезден в 1985-м, после окончания учебы на одногодичном факультете Краснознамённого института КГБ по специальности «Внешняя разведка». Формально он был зачислен в состав Группы Советских войск в Германии, но на самом деле служил в советской разведке, тесно сотрудничавшей с Министерством государственной безопасности ГДР ("Штази").
В 2018 году германская газета "Bild" сообщила, что найдено удостоверение на имя Владимира Путина. Как писало издание, до конца существования ГДР Путин был сотрудником "Штази". Удостоверение было обнаружено в архивном отделе "кадров и квалификации" управления ведомства в Дрездене. Оно было выдано 31 декабря 1985 года и продлевалось ежеквартально до конца 1989 года. Пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков заявил, что удостоверение ведомства ГДР действительно могло быть выдано Путину, так как КГБ СССР и "Штази" сотрудничали.
Начальником советской разведгруппы в Восточной Германии, а также представителем КГБ СССР при "Штази" был полковник Лазарь Лазаревич Матвеев (рассекречен в мае 2017-го в возрасте 90 лет). Аппарат представительства КГБ в ГДР насчитывал тогда примерно тысячу сотрудников, и лишь восемь из них работали в Дрездене. В их числе в 1985-1990 годах был и Путин, работавший в ГДР под прикрытием должности директора дрезденского Дома дружбы СССР-ГДР.
* * *
Тем читателям, которые хорошо помнят советские порядки, не нужно объяснять, что для большинства простых граждан СССР зарубежные турпоездки были не особо доступны. Во-первых, не по карману (путешествие в составе организованных туристических групп обходилось порой в несколько месячных зарплат). Поездку могли позволить себе передовики производства и активисты-общественники, которым значительную часть стоимости путевки покрывали профсоюзные (по линии "Интуриста") или комсомольские (через Бюро международного молодежного туризма "Спутник") организации. Во-вторых, при отборе кандидатур учитывались анкетные данные, характеристики и рекомендации с места работы, общественная деятельность, прочие параметры. Практически автоматически отметались кандидатуры имеющих родственников за границей, представителей народов, репрессированных в годы сталинизма, обладающих допуском к секретным разработкам и так далее. Неохотно разрешали такие поездки тем, у кого в СССР не оставались близкие – родители, супруги, дети.
Группы сопровождали назначенные и утвержденные руководители из числа номенклатурных работников; в их обязанности входили контакты с принимающими организациями, получение по ваучерным чекам валюты и ее раздача туристам, обеспечение явки группы к местам посадки в транспорт, на экскурсии и так далее. За эту деятельность обычно рассчитывались "бартером": руководитель не оплачивал стоимость поездки.
В тот период я работал собственным корреспондентом республиканской газеты в одной из областей Узбекистана – эта должность числилась номенклатурной. А поскольку родился и вырос в Ташкенте, то владел узбекским языком. Что было очень важно: многие туристы из кишлачной глубинки не знали русского.
В связи с тем, что из отраслевых профсоюзов самыми богатыми были сельскохозяйственные, основную массу интуристов из Узбекистана составляли дехкане, большинство которых не имело навыков обитания в городских условиях. Поэтому в программу поездки входило несколько дней проживания в гостиницах Ташкента и Москвы, где руководитель должен был проводить своеобразные семинары, обучая тружеников села, как пользоваться лифтами, эскалаторами, современной сантехникой и прочими благами цивилизации.
Явно существовали какие-то закрытые инструкции по определению приемлемости кандидатур в руководители групп: я несколько раз сопровождал туристов в "страны соцлагеря", пока дело не дошло до Югославии – тут мою кандидатуру не утвердили. Как потом неофициально пояснила знакомая из "Интуриста", оформление поездок в Югославию, а также на Кубу, в Китай, Северную Корею и во Вьетнам шло по тем же критериям, что и в "капстраны". А по ним подходили не все пункты моей анкеты (подозреваю, прежде всего пятый – "национальность")…
Накануне поездки, когда группа была уже укомплектована, всех приглашали в "Интурист", где знакомили друг с другом, представляли руководителя, общим голосованием избирали бухгалтера-кассира, парторга (голосовали только члены КПСС). Потом давали слово представителю компетентных органов, который оглашал правила поведения советских граждан за рубежом – а по сути запугивал будущих туристов последствиями несанкционированных контактов с закордонным населением и возможными провокациями со стороны западных спецслужб. При этом приводились примеры инцидентов, которые случались с туристами из СССР, как неизменно подчеркивали выступающие, "даже в такой братской стране, как Болгария".
После встречи с будущими туристами представитель компетентных органов уединялся с руководителем группы и проводил краткий инструктаж. В ходе которого предупреждал о том, что "за нашими людьми нужен глаз да глаз"; в свободное время их можно отпускать погулять, но только группами не менее трех человек и назначив старшим кого-либо из них; желательно ненавязчиво осведомиться об их планах и еще раз предостеречь от контактов с местным населением (в том числе попыток провернуть какие-то валютные или иные коммерческие операции) и так далее.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
* * *
В Праге на железнодорожном вокзале группу встречала гид – пожилая пражская еврейка пани Цивинова. Увидев туристов, она задумчиво произнесла: "Ото-то! Так понимаю, у этих панов будут проблемы со свининой. Для туристов у нас готовят из курятины или свинины, говядина и тем более баранина в стоимость блюд не вписываются. С сегодняшнего ужина успею предупредить кухню в гостиничном ресторане, но что делать с обедом, на который мы едем прямо с вокзала? Впрочем, был у меня опыт по этой части…"
И рассказала, что руководитель тургруппы из Азербайджана посоветовал ей предупредить работников обслуги, чтобы на вопросы туристов о том, из какого мяса приготовлены блюда, они отвечали не "свинина", а "солонина". Что, в общем-то, соответствовало действительности – готовили обычно из мясных полуфабрикатов, главным консервантом в которых была поваренная соль. Туристы успокаивались и поглощали запретную для мусульман, но вкусно приготовленную снедь. Пани Цивинова поинтересовалась: не буду ли я против, если она применит эту маленькую хитрость? Пожав плечами, я сказал, что она может поступать по своему разумению: главное, чтобы туристы были сыты и довольны.
Инструкция подействовала, в чем убедился, услышав в обед, как сидящий за соседним столиком турист из нашей группы, ковырнув вилкой эскалоп из свиной вырезки, осведомился у гарсона: "Это какой мясо? ". Официант четко ответил: "То солонина! " Задавший вопрос успокоился: "Слонина? А, слон – это мы можем кушать: нам свинья нельзя!" И схарчил эскалоп за милую душу…
Но гид по ГДР фрау Маргарет, принявшая нашу группу на тогдашней чехословацко-гэдээровской границе в Рудных горах (в прошлом – граница между Саксонией и Богемией, ныне – между суверенной Чехией и объединенной Германией), этот опыт пражской коллеги не использовала. Или, быть может, данная проблема не возникала в поездке по Восточной Германии, поскольку тема для наших туристов была закрыта ответами чехословацких официантов.
* * *
Сама по себе официальная должность в Дрездене будущего "гаранта конституции РФ" была по большей части представительской. Основная задача состояла в организации "встреч дружбы" – так назывались совместные мероприятия туристических групп, прибывавших в Дрезден со всего Советского Союза, с активистами первичных ячеек Общества дружбы СССР-ГДР (почему-то именно так переводили название этой организации, хотя на ее эмблеме по-немецки было написано – "Общество германо-советской дружбы"). В качестве обязательной программы мероприятия включали в себя выступления руководителей советских тургрупп и гэдээровских первичных ячеек Общества с краткими рассказами о регионах, а также обмен сувенирами.
Апофеозом "встреч дружбы" были застолья с взаимным угощением аутентичными яствами и напитками. Именно в этих целях группа везла с собой из Узбекистана несколько знаменитых мирзачульских дынь, туруп (корнеплод, известный также как "маргиланская редька"), курут (сухой кисломолочный продукт в форме шариков 1,5-2 сантиметра в диаметре), казы (колбаса домашнего приготовления из конины) и прочую экзотическую снедь. А также водку и коньяк узбекистанского производства и знаменитые сухие вина "Хосилот", "Саяки", "Ок мусаллас". Все это мы захватили из гостиницы в двух баулах…
Окончание следует
