Министр иностранных дел Израиля – о саморазрушении, заложенном в юридическом и судебном активизме
Затыкание ртов и промывание мозгов.
Таков метод токсичных левых в СМИ, позволяющий избегать настоящей общественной дискуссии.
Типичный пример мы видели вчера, когда было опубликовано письмо (которое я также подписал), отвергающее позицию юридического советника правительства в ее попытке навязать увольнение министра Итамара Бен-Гвира без каких-либо законных оснований.
Я уже высказывался на эту тему сразу после публикации ее позиции. Речь идет о грубой попытке вторгнуться в сугубо политическую сферу увольнения министров, что находится в основе полномочий премьер-министра. Против министра Бен-Гвира не подано обвинительное заключение (насколько мне известно, он даже не подозревается в каком-либо правонарушении).
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Следовательно, это прозрачная попытка навязать увольнение министра, который также является главой партии, входящей в коалицию. Бен-Гвир занимает пост министра национальной безопасности уже более трех лет. Попытка его смещения происходит на четвертом году его каденции, в этом году также пройдут выборы в Израиле. В этих обстоятельствах действия «юридического советника» нельзя рассматривать иначе как очередной намеренный шаг по дестабилизации правительства и его свержению. Тот, кто вчитывается в ее аргументы — приходит в еще больший ужас. Среди них, например, критика Бен-Гвира по поводу отсутствия «равноправного правоприменения».
С юридической точки зрения — это, на мой взгляд, простой случай, когда БАГАЦ должен был бы выставить юрсоветника за дверь. Попытка заставить премьер-министра уволить главу партии без причины может действительно привести к конституционному кризису, но точно не по вине политического эшелона.
Это понимает любой ребенок.
Поскольку в публичной дискуссии по этому вопросу противники правительства обречены на поражение — они прибегают к методам тех, чья позиция по существу дела слаба и несостоятельна.
Первая манипуляция: «Как ты можешь поддерживать Бен-Гвира?»
Тот, кто выступает против позиции юрсоветника, автоматически объявляется «сторонником Бен-Гвира». У меня с Бен-Гвиром нередко возникают споры и разногласия на различных министерских форумах, в которых мы участвуем. Например — по сделкам об освобождении похищенных.
Лично я далек от того, чтобы быть его поклонником. Но поклонников у него немало. Они выбрали его в Кнессет. Суд отклонил петиции о дисквалификации его кандидатуры. Он занимает пост в правительстве по закону, и нет никаких законных оснований для его смещения. Попытка сместить его — это явный удар по демократии, тому самому понятию, которое так любят использовать противники правительства. Любой, кому демократия действительно дорога, должен возмутиться этой отвратительной попыткой вне зависимости от своего отношения к Бен-Гвиру.
Я не хочу вдаваться здесь в юридическую дискуссию о прецеденте «Дери-Пинхаси», который не имел законодательного закрепления. Он является частью нашей жизни уже десятки лет. Подача обвинительных заключений приводит к отставке министров из правительства. Но здесь против министра Бен-Гвира не подано обвинительное заключение. Причину попытки его смещения юрсоветником я определил ранее аббревиатурой: «Н.Н.О.Е» (Не нравится он ей). Если открыть эту дверь — юридическая система без законных полномочий присвоит себе инструмент для свержения правительств, избранных народом и действующих в силу доверия парламентского большинства. Юридически и демократически — это мерзость из мерзостей. Нельзя допустить, чтобы это произошло.
Эту простую истину пытаются замолчать. Но поскольку спорить с ней по существу невозможно — выдумывают аргументы и спорят с ними. Отвлекают внимание с помощью «соломенных пугал». Заголовки вчерашних сообщений во многих СМИ кричали о письме, призывающем не подчиняться решению суда. Есть ли в письме призыв не подчиняться решению суда? Нет.
Вот письмо перед вами. Прочитайте его и судите сами. Письмо касается неприятия позиции юрсоветника и самого вопроса полномочий смещать министра без причины. Более того, никакого судебного решения еще нет. На самом деле слушания в суде даже не начались. Вчера их отложили более чем на два месяца — это показатель отсутствия срочности и, на мой взгляд, слабости дела. Ведь если бы против министра было подано обвинительное заключение — слушания по петиции проходили бы в ускоренном режиме.
Даже условный ордер (צו על תנאי) еще не издан (и я надеюсь, что и не будет издан). Но какая разница, что написано в письме? Гораздо удобнее перевести дискуссию в плоскость будущей и теоретической проблемы исполнения судебного решения, которое не было вынесено, и я сильно сомневаюсь, что будет вынесено.
Так не ведут спор по существу, так уводят дискуссию к вопросу уважения судебных решений. В СМИ, обслуживающих оппозицию, приводили мои старые записи, где я принципиально поддерживаю исполнение судебных решений. Само же письмо вообще не касалось этого вопроса.
Таким образом пытаются заткнуть рот и предотвратить общественную дискуссию о значении этого опасного шага — как для израильской демократии, так и для самой судебной системы. Настоящая дискуссия — о саморазрушении, заложенном в юридическом и судебном активизме.
В Кнессете в свое время я инициировал и вел обсуждение на пленуме после промежуточного ордера, изданного судьей Далией Дорнер после принятия Кнессетом закона о сокращении пособий. Страна тогда находилась в тяжелом экономическом кризисе. Требовались жесткие меры для спасения экономики Израиля. Опасность вмешательства суда в законодательство Кнессета виделась мне тогда серьезной как с точки зрения принципа разделения властей, так и из-за риска для необходимых экономических шагов.
Ордер, изданный тогда судьей Дорнер, я назвал в ходе дискуссии на пленуме Кнессета 13.01.2004 «вторжением на чужую территорию» и «системным безумием». В конце обсуждения пленум Кнессета подавляющим большинством принял предложенную мной резолюцию:
«Кнессет с озабоченностью рассматривает вмешательство Верховного суда в вопросы, находящиеся сугубо в компетенции исполнительной и законодательной власти… Кнессет предостерегает от продолжения этой тенденции, которая может перерасти в конституционный кризис в Израиле. Кнессет отвергает попытки делигитимации критики судебных решений, которая делается аргументировано и уважительно и является частью общественного дискурса в демократической стране».
В конечном счете решение Верховного суда не вмешалось в вопрос пособий. У меня есть основания полагать, что обсуждение и четкое решение Кнессета 22 года назад внесли вклад в предотвращение опасного конституционного и демократического кризиса.
На протяжении десятков лет (и в бытность министром юстиции) я сотни раз предостерегал от опасностей судебного активизма — для демократии, для верховенства закона и для самой судебной системы. Сегодня у меня нет сомнений, что я был прав и верно видел путь разрушения, связанный с вторжением в границы избранных ветвей власти — законодательной и исполнительной. Это напрямую способствовало потере доверия широкой общественности к судебной системе. Это доверие не восстановить продолжением ускоренного движения по ошибочному пути. Только взаимное уважение между ветвями власти и строгое соблюдение их полномочий, каждой в своей сфере, способно спасти израильское общество от столкновения, последствия которого непредсказуемы.
Я не только не изменил своего мнения. Я иду по дороге, которую сам же и проложил.
Должны ли мы сегодня ждать, пока будет совершена несправедливость, не показывая всей серьезности, с которой мы рассматриваем искаженный результат, к которому подталкивает «Юридический советник правительства»?
Наоборот. Мы обязаны говорить простую и ясную правду. Мы должны сосредоточить дискуссию на самой теме: Попытка уволить министра без законных оснований и ее значение для нашего демократического режима.
Мы обязаны преодолеть фоновый шум, увод дискуссии в сторону и отвлечение внимания, ложь и виртуальную реальность, которую пытаются создать из ничего служители оппозиции в СМИ.
Я не позволю им исказить правду.
Я не позволю им заткнуть мне рот с помощью лжи.
И с Божьей помощью — правда победит!
