Шестнадцатилетний Йонатан потерял сознание — от перегрева и обезвоживания — и утонул в мелкой воде. А вокруг — взрослые люди, у которых якобы всё под контролем…
Рами ЮДОВИН
Есть удивительное заблуждение, в которое человечество верит с упорством, достойным лучшего применения. Оно звучит так: если рядом образованные люди, если на месте есть регламент, инструкции и люди с дипломами, то ничего плохого случиться не может.
Это очень удобная вера. Она избавляет от необходимости смотреть.
Шестнадцатилетний Йонатан приехал на море, чтобы поучаствовать в археологической экспедиции Хайфского университета. Морская археология. Звучит солидно. Почти как страховка от обстрелов Израиля.
Йонатан был отличником, спортсменом, сертифицированным дайвером, в прошлом — соревновательным пловцом. Он родился в США, имел также американское гражданство, жил в кибуце. Он любил археологию. Любил помогать. Это был его шестой и последний день волонтёрства в этой экспедиции.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Жара. Лодка. Мелкая вода у берега. Подросток заходит окунуться. Не ныряет. Не нарушает правил. Просто пытается немного охладиться.
Он теряет сознание.
Медленно тонет.
А вокруг — люди. Взрослые.
Образованные. Занятые.
Они охраняют дорогое оборудование.
Они находятся “примерно в ста метрах”. Они в зоне сбора. У них конец рабочего дня. У них регламент. И главное — у них есть универсальное алиби XXI века: “мы не заметили”.
Никто не говорит: “мы не видели, потому что были жестоки”. Нет.
Они не смотрели, потому что были уверены, что смотреть не обязательно. И обеспечить водой подростка, находящегося под палящим солнцем, — тоже, видимо, было избыточной мерой предосторожности.
Когда его замечают случайные прохожие, проходит около двадцати минут. Потом — полтора часа реанимации. Потом — официальные формулировки. Потом — похороны.
Родители говорят об абсолютном равнодушии. И это слово здесь ключевое. Не злость. Не ненависть.
Равнодушие — самое экономное чувство из всех. Оно не требует усилий и прекрасно уживается с дипломами, научными званиями и моральным комфортом.
Нам часто объясняют, что трагедии случаются из-за невежества. Из-за фанатизма. Из-за тёмных, необразованных людей, которые не дружат с наукой.
Это приятно. Это позволяет нам чувствовать себя лучше.
Но реальность, к сожалению, не такая утешительная.
Оказывается, для трагедии совершенно не важно, верите ли вы в Тору или в диплом.
Не важно, цитируете ли вы Галаху или научные статьи.
Не важно, есть ли у вас сертификаты, страховки и правильные слова.
Когда беспечность встречается с уверенностью, что “ничего не может случиться”, а равнодушие — с коллективной безответственностью, итог всегда одинаков.
Шестнадцатилетний подросток теряет сознание — от перегрева и обезвоживания — и тонет в мелкой воде.
А вокруг — взрослые люди, у которых всё под контролем. Почти.
Родители пытаются выяснить подробности, но с ними никто не хочет говорить. Единственное, что им сказали, улыбаясь, уважаемые люди с дипломами:
“Парень был любознательный”.
А то, что у родителей погиб единственный “сын старости”, которого они так долго ждали и с таким трудом родили— до этого, как выясняется, никому дела нет.
Вот такие дела.
Фото из семейного архива несчастных родителей.
Телеграм-канал автора — t. me/ramiyudovin
