Испытываю ли я жалость к малолетнему террористу, который в тюрьме заболел чесоткой и лишился ноги?
Читая очередные призывы "не быть людоедами" и "проявить человечность", я задумалась.
Раньше я была настолько чувствительна к чужим страданиям, что сама не заметила, как превратилась в живой провайдер чужой боли. Я пропускала её через себя до такой степени, что у меня самой начинало болеть всё тело.
А потом случилось 24 февраля.
Это был удар такой силы, что внутри меня что-то очерствело.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Но ещё сильнее эта черствость укоренилась после 7 октября.
В тот день мир, который так громко призывает к гуманности, совести и любви к ближнему, просто не заметил трагедии.
Он слепо прошёл мимо зверски убитых малышей Бибас, мимо изнасилованных и растерзанных еврейских женщин, мимо расстрелянных стариков на наших улицах.
7 октября моя собственная рубаха стала мне настолько ближе к телу, что сопереживать страданиям террориста — будь он взрослым или несовершеннолетним — я больше не готова.
Вы уж простите меня, чересчур чувствительные и гуманные " праведники".
Я не оправдываю и никогда не оправдаю никакие пытки, по отношению к кому бы то ни было. Но я слишком долго живу в этом мире, чтобы верить в очередные рассказы про "мальчиков в трусиках" на ближневосточный лад.
