Ливиец Мохаммад Хамед Альшаер и его защитники полны возмущения: как это кто-то смеет обвинять его, такого красавца и альфа-самца, в изнacиловании пробегавшей мимо шведки?
Моника ГРИТТИС
15 июля 2026 года на набережной Риберсборгсстиген в Мальмё — популярном месте для прогулок и спорта — произошло жестокое нападение. 37-летний уроженец Ливии Мохаммад Хамед Альшаер подкрался сзади к шведке, совершавшей дневную пробежку.
Ударом в спину он сбил 50-летнюю женщину с ног, затащил её в прилегающие кусты, где, зажимая ей рот и горло, совершил жестокое насилие, как говорится в полицейском протоколе, "анальным и вагинальным способом с проникновением и нанесением травм".
Окружной суд Мальмё уже получил официальный обвинительный акт. Однако резонанс в Скандинавии вызвало не только само нападение, но и показания, которые обвиняемый дал во время допроса, а также заявления тех, кто считает его… жертвой.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
* * *
На допросах Альшаер фактически подтвердил хронологию событий, но предложил следователям собственную юридическую и моральную трактовку.
Обвиняемый заявил, что спортивный вид пробегавшей мимо женщины “вдохновил его”.
На вопрос о мотивах он пояснил, что “уже несколько лет не имел секса”, поэтому решил “подарить ей любовь”.
Альшаер признал, что его действия, возможно, были “не совсем правильными” с точки зрения "неправильной европейской морали", однако предъявленные обвинения в изнасиловании при отягчающих обстоятельствах категорически отрицает. И вообще, "эта старуха (женщина старше этого "альфа-самца на 13 лет – прим. ред.) должна быть счастлива, что я подарил ей свою любовь".
Парадоксально, но обвиняемый уже успел получить шведское гражданство, однако в суде ему потребовался переводчик с арабского языка. Из-за наличия шведского паспорта прокуратура даже в случае максимального срока не сможет затребовать его депортацию из страны — при том, что ранее он уже привлекался к ответственности за сексуальные домогательства в ночном клубе.
* * *
Когда шведские альтернативные СМИ и правозащитные группы вынесли цитаты из материалов дела на публичное обсуждение, в соцсетях и на дискуссионных площадках развернулась привычная, но от этого не менее дикая трагикомедия.
Вместо однозначного осуждения варварства на сцену снова вышли “адвокаты культурных особенностей”. В соцсетях и леволиберальных блогах мгновенно зазвучали призывы “понять культурный контекст”: дескать, человек вырос в иной социокультурной среде, где женщина на одиночной пробежке воспринимается совершенно иначе, а длительное сексуальное воздержание — это тяжелейшая психологическая травма, требующая сочувствия и скорейшего удовлетворения, а не тюремного заключения.
Это высшая точка развития так называемой “прогрессивной” эмпатии, превратившейся в чистый абсурд:
Жертва сама виновата, потому что бегала: в этой извращенной логике спортивная одежда и активный образ жизни 50-летней женщины, выглядящей лет на 30, превращаются в “провокацию”, а преступник — в невольную жертву собственных инстинктов и “вдохновения”.
Гуманизм для агрессора, молчание для пострадавшей: культурный релятивизм дошел до точки, когда традиции страны исхода используются как индульгенция за совершение тяжелого преступления на улице европейского города.
Правовой тупик депортаций: европейская система правосудия оказалась заперта в собственной ловушке. Выдав гражданство человеку, не владеющему языком страны и не разделяющему её базовые законы, государство лишило себя возможности выслать насильника после отбытия наказания.
Инцидент в Мальмё — это не просто очередной судебный эпизод. Это наглядное свидетельство того, как отказ от защиты собственных граждан под предлогом “ложной толерантности” превращает обычную пробежку в парке в смертельно опасную лотерею.
Ну и напомню: Мальмё ныне наряду с французским Марселем лидирует по числу мусульман на душу населения. И они активно насаждают свои правила. При этом "прочие шведы" не особо ропщут, а на последних парламентских выборах, состоявшихся на днях, отдали свои голоса партиям, проводящим политику "мульти-культи" со всеми вытекающими из этого поблажками для "изголодавшихся по любви красавцев".
