Главным событием уходящей недели стали два заседания Иерусалимского окружного суда, на которых были заслушаны показания бывшего юридического советника правительства Авихая Мандельблита по делам Биньямина Нетаниягу
Петр ЛЮКИМСОН
Выступление юридического советника, пусть даже бывшего, в суде — событие само по себе неординарное. А с учетом того, что он выступал в качестве свидетеля защиты по тем самым делам, по которым в 2019 году лично подписал обвинительные заключения, ситуация выглядела несколько кафкианской. Тогда, семь лет назад, тоже был самый разгар предвыборной кампании, и объявляя о решении передать дела действующего премьера в суд, Мандельблит заявил, что делает это с тяжелым сердцем, но в полном согласии с самим собой. В 2026 году он выглядел совершенно иначе: стоя на кафедре для свидетелей, вытирал со лба пот, то и дело пил воду, и было заметно, что у него подрагивают руки. Словом, в согласии с самим собой он на сей раз точно не был. Вдобавок очень скоро выяснилось, что Авихай Мандельблит, как и многие другие свидетели до него, страдает глубокими провалами памяти. Только во время первого заседания суда он раз десять произнес: "Я не помню!" Столь сильная распространенность то ли склероза, то ли амнезии у бывших и нынешних сотрудников нашей правоохранительной системы невольно вызывает обеспокоенность за их способность полноценно исполнять свои обязанности, и хочется надеяться, что все они находятся под наблюдением специалистов.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Уже после первых вопросов адвоката Нетаниягу, Амита Хадада, Мандельблит признал, что некоторые действия полиция с ним не согласовывала и его разрешения на них, как того требует закон, не получала.
"Были случаи, когда я задним числом выяснял, что не давал разрешения на определенные действия", — заявил он.
На вопрос, относились ли к этим "случаям" серьезные следственные мероприятия, бывший юридический советник ответил утвердительно и в качестве примера привел прослушивание телефонных разговоров приближенного Нетаниягу Натана Эшеля в рамках расследования "дела 2000". Мандельблит заявил, что, узнав о прослушке, пришел в ярость и потребовал немедленно ее прекратить. На вопрос Хадада, говорил ли он когда-либо, что полиция действует за его спиной, Мандельблит ответил: "Возможно".
Отдельная часть допроса касалась методов воздействия на государственных свидетелей. Мандельблит признал и это. В частности, речь шла о следственном приеме, примененном к бывшему советнику Нетаниягу Ниру Хефецу: полицейские вызвали на допрос близкую ему женщину и задавали вопросы личного характера, пытаясь оказать психологическое давление на свидетеля.
"Я считаю, что это было недопустимо и неправильно", — заявил Мандельблит.
И добавил, что, узнав о происшедшем, провел специальное совещание, однако воздержался от того, чтобы передать расследование подобных преступлений в МАХАШ из опасений, что это может навредить столь важному расследованию.
Он также признал, что даже не ознакомился со статьями сайта Walla, призванными подтвердить главный довод "дела 4000" о якобы позитивном освещении деятельности премьера в качестве взятки. По его словам, в этом вопросе, как и во многих других, он полностью положился на прокуратуру и лишь позже узнал, что более 90% этих заметок не носили позитивный характер. Между тем Мандельблит отверг утверждение, что из-за незаконных методов следствия следовало закрыть дела против премьера.
"То, что какие-то факты были получены с нарушением закона, еще не означает, что они ложные", — пояснил он свою позицию.
Уже после начала показаний Мандельблита в зал суда прибыл Биньямин Нетаниягу. Перед входом он заявил журналистам:
"Правда выходит наружу".
На слушания также прибыли спикер кнессета Амир Охана, глава МИДа Гидеон Саар, депутат Тали Готлиб и бывший председатель Коллегии адвокатов Эфи Наве.
Второй день допроса Авихая Мандельблита превратился в острое противостояние защиты и обвинения. В центре допроса оказалось "дело 4000" (Walla-"Безек"). Амит Хадад представил суду документы, из которых следует, что руководитель следственной группы Управления ценных бумаг Эли Леви распорядился собирать касавшиеся премьер-министра материалы задолго до официального разрешения расширить расследование. Мандельблит подтвердил, что до 2 октября 2017 года не давал разрешения на расследование подозрений против Нетаниягу в рамках "дела 4000". Однако он не согласился с утверждением, что следователи и прокуратура сознательно действовали за его спиной. Когда же Хадад поинтересовался, стало бы подобное нарушение настоящим потрясением для демократической системы, Мандельблит ограничился заявлением, что такие действия были бы недопустимыми. На что адвокат с иронией возразил: переходить улицу на красный свет тоже недопустимо, показывая, что подобный ответ для юриста столь высокого уровня, недостаточно серьезен.
Амит Хадад обвинил сотрудников прокуратуры в том, что они ввели Мандельблита в заблуждение и добились предъявления Нетаниягу обвинения, не раскрыв ему существенную информацию. Он указал на прокурора Иегудит Тирош как на одну из участниц предполагаемых нарушений закона при ведении следствия. Та, в свою очередь, потребовала предъявить доказательства того, что Эли Леви информировал прокуратуру о своих действиях, а та скрывала их от юридического советника. Градус пикировки между Хададом и Тирош повышался. Судьи прервали заседание, пригласив их пройти в комнату для совещаний. Спустя четверть часа — очевидно, после того как адвокату и прокурору было сделано соответствующее внушение — заседание возобновилось.
Представляя суду все новые примеры нарушения принятых законов и правил ведения следствия, адвокат Хадад постоянно подчеркивал, что ни в чем не винит Авихая Мандельблита, а считает его жертвой прокуратуры, злонамеренно введенным в заблуждение. Мандельблит подтверждал большинство предположений адвоката, что вызывало резкие реплики представителей обвинения. Однако, когда Хадад спросил, не принимал ли Мандельблит решения о предъявлении обвинений Нетаниягу под сильным давлением прокуратуры, тот твердо заявил: "Все мои шаги основывались исключительно на профессиональных суждениях, на которые не влияли ни СМИ, ни правоохранительные органы".
Следующий допрос Авихая Мандельблита состоится 18 октября, но минувшие два дня еще раз доказали то, что давно известно: какими бы вескими ни были доказательства в пользу виновности или невиновности Нетаниягу, они никого ни в чем не убедят. Сторонникам премьера уже сейчас ясно, что дела против Нетаниягу были сфабрикованы исключительно для того, чтобы сместить его с поста главы правительства. И что ради достижения этой цели следователи шли на фальсификацию документов (это однозначно доказано), прибегали к незаконным методам ведения следствия, нарушали принятые нормы. Так что по всем правовым нормам данный судебный процесс должен быть прекращен. Противники же премьера продолжают настаивать на том, что даже если в ходе следствия допущены нарушения это не отменяет того "факта", что Нетаниягу — опасный преступник, который должен быть отправлен за решетку.
Словом, какой приговор ни вынесет суд, та или другая стороны объявит его предвзятым, а судей — продавшимися.
"Новости недели"
