Не только видавшие виды юристы, но и многие израильские обыватели были озадачены сообщением о том, что прокуратура представила на утверждение окружного суда Иерусалима сделку с Ронелем Фишером, по условиям которой тот признал вину лишь по трем самым легким из 14 пунктов первоначального обвинения, предъявленного ему более десяти лет назад. А именно – в попытке (всего лишь попытке!) получения взятки и создании помех следствию
Петр ЛЮКИМСОН
Понятно, что длительное тюремное заключение Фишеру уже, вероятнее всего, не грозит, в рамках сделки прокуратура потребует всего нескольких месяцев общественных работ и небольшого штрафа. Так же понятно, что в этом случае компаньонка и подельница Фишера, бывшая глава прокуратуры Тель-авивского округа Рут Давид получит еще более легкое наказание. А если учесть, что речь идет об одном из самых крупных дел о коррупции в истории Израиля, в котором были задействованы прокуратура и полиция, а также то, что бывший всего лишь на подхвате у Фишера и согласившийся на роль госсвидетеля майор полиции Эран Малка отсидел по данному делу пять лет, то намерение прокуратуры столь существенно облегчить участь Фишера и Давид выглядит особенно скандальным. В связи с этим бывший замначальника МАХАШа (отдел по расследованию преступлений, совершенных полицейскими), ныне депутат Моше Саада ("Ликуд") пытается созвать специальное заседание Кнессета.
Читатель вряд ли помнит основные перипетии дела Ронеля Фишера и Рут Давид, а, возможно, и то, кто они вообще такие. Мы решили напомнить.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
ПУТЬ ЗВЕЗДЫ
Ронель Фишер, безусловно, очень талантлив, но законопослушным гражданином, судя по всему, никогда не был. Еще во время армейской службы его поймали на продаже наркотиков сослуживцам и приговорили к десяти месяцам тюрьмы.
Вскоре после демобилизации Фишер устроился на работу в газету "Хадашот" и быстро сделал поистине блистательную карьеру журналиста. В 1991 году его статья "Бравый солдат Рехавам", в которой он обвинял Рехавама Зеэви в военных и не только преступлениях, наделала немало шума и едва не привела к решению Центризбиркома запретить Ганди, как его называли, и его партии "Моледет" участвовать в выборах. Правда, времена и генералы тогда были другие, и спустя неделю в газете "Едиот ахронот" появилась подписанная несколькими десятками отставных высокопоставленных военных, включая Ицхака Рабина, Моту Гура, Хаима Бар-Лева и других "Декларация Зеэви". Авторы подчеркивали, что придерживаются прямо противоположных политических взглядов, чем герой очерка Фишера, но с негодованием отвергают все домыслы и клевету, которые позволил себе журналист в адрес одного из самых прославленных воинов и военачальников Израиля.
После этого провала Фишер отказался от политической журналистики и занялся расследованиями на социальную тематику. Его статьи о том, что молокозаводы подмешивают в молоко силикон; что Банк крови выливает донорскую кровь выходцев из Эфиопии; что профессор Элиэзер Рахмилевич отказался продолжить лечение больной раком 19-летней Даси Рабинович, — произвели эффект разорвавшейся бомбы и сделали Ронеля одним из самых известных журналистов страны. Правда, репутацию ему несколько подпортили статьи коллег, которые утверждали, что Фишер часто использует попавший в его руки компромат против крупных компаний в весьма неблаговидных целях. То есть, проведя то или иное журналистское расследование, он приносит собранный материал в компанию, которая стала его предметом, и под угрозой публикации требует разместить в газете рекламу стоимостью в десятки тысяч шекелей. Компании в большинстве случаев соглашаются, а Фишер получает немалые комиссионные. Этим, дескать, и объясняется сделанное Фишером в частной беседе признание, что неопубликованные расследования приносят ему куда больше денег, чем опубликованные.
Фишер обвинил авторов публикаций в клевете, а поскольку документально те доказать ничего не могли, пришлось им приносить извинения.
Параллельно с журналистской деятельностью Фишер учился на юридическом факультете и в 2002 году получил лицензию адвоката. Некоторое время он стажировался в адвокатской конторе своего брата Гидеона, затем открыл собственную фирму "Ронель Фишер и Ко".
Адвокатом Фишер оказался не менее талантливым, чем журналистом: сходу выиграл несколько громких уголовных дел, заведенных на известных врачей и бизнесменов. Параллельно он выступал в качестве ведущего телепередач "Контролеры" и "Десять заповедей", рассказывающих о работе судов и полиции, и стал настоящей телезвездой. Что, в свою очередь, еще больше расширило его прежние связи в полиции и прокуратуре – многие сотрудники этих органов мечтали стать героями передач Фишера.
Очень скоро наш герой понял, что попадающая в его руки благодаря этим связям секретная информация может приносить миллионные доходы, – если, конечно, ее правильно использовать. Например, предупреждать крупных бизнесменов о ведущихся против них тайных расследованиях, добывать детали следствия, чтобы они могли уничтожить улики, добиваться того, чтобы дела не дошли до суда, и т.д. Вот только для того, чтобы проворачивать такие дела, Фишеру был нужен надежный и, желательно, как можно более высокопоставленный союзник в прокуратуре. И вскоре он нашел такого в лице Рут Давид.
ПИКОВАЯ ДАМА ПРОКУРАТУРЫ
К тому времени Рут Давид возглавляла прокуратуру Тель-авивского округа, и в ее послужном списке было немало славных достижений. В 1990-х годах она участвовала в подготовке процесса над убийцей Ицхака Рабина Игалем Амиром; в 1997-м настояла на открытии и довела до суда дело министра юстиции Яакова Неэмана (он был полностью оправдан судом); приняла удивившее многих решение закрыть дело о незаконных амутот Эхуда Барака; добилась осуждения сына Ариэля Шарона — Омри, позже убедила военнослужащую ЦАХАЛа подать жалобу на развратные действия якобы совершенные министром юстиции Хаимом Рамоном и т.д.
Именно эту влиятельную даму Ронель Фишер решил сделать соучастницей в делах, которые он крутил с прокуратурой. Ведь окружной прокурор, к примеру, вправе разрешить или не разрешить применение тайного прослушивания, слежки и других полицейских спецсредств, без которых расследования коррупционных дел зачастую обречены на закрытие. Во власти окружного прокурора также закрыть то или иное дело под предлогом недостаточности улик или за отсутствия общественного интереса — или, наоборот, подготовить и передать в суд обвинительное заключение.
Сколько дел, в том числе и против крупных криминальных авторитетов, было необоснованно закрыто Рут Давид по сговору с Ронелем Фишером, точно не скажет никто, но их было очень много. И стоила такая услуга совсем не дешево: как поведал некий строительный подрядчик, ставший госсвидетелем, Фишер запросил с него за закрытие дела миллион шекелей. При этом Рут Давид, пока занимала пост главы окружной прокуратуры, категорически отказывалась брать у него деньги – так рассказывал Эрану Малке сам Фишер. Точнее, взяла она только раз, причем сущую мелочь — полмиллиона шекелей, в остальных случаях предпочитала ценные подарки — сумочки от Луи Виттона, дорогие часы, аксессуары модных брендов и т.п.
Нельзя сказать, что закулисная деятельность Рут Давид оставалась совсем уж незамеченной. В 2003 году, группа сотрудников следственного отдела Налогового управления обвинила прокуроршу в том, что та не дала полиции разрешение на применение спецсредств при расследовании коррупции в этом ведомстве, следствие из-за этого развалилось, и Давид закрыла дело. А сразу после этого членов подозреваемой группы начали увольнять. Против ее лидера Шуки Машуля возбудили уголовное дело — и в этом случае прокурор Давид разрешила полиции применить все виды прослушивания и слежки — по поводу неправомерно начисленных ему 500 шекелей за возврат автомобильной страховки. Машуль утверждал в суде, что адвокат Фишер предлагал ему закрыть дело с помощью Рут Давид, и разговор об этом был записан на пленку — как раз в то время в кабинете Машуля было установлено прослушивающее устройство. Эта запись впоследствии стала одной из улик против Фишера и Давид.
Еще один член группы — бывший следователь Налогового управления Рафи Ротем потребовал привлечь Рут Давид к ответственности, в результате заработал несколько судимостей "за оскорбление государственных служащих", и репутацию городского сумасшедшего.
В 2010 году Рут Давид ушла в отставку, и Ронель Фишер тут же принял ее на работу в свою адвокатскую контору, поскольку наработанные ею за годы в прокуратуре связи стоили очень и очень немало. Одновременно Фишеру понадобился свой человек в полиции, столь же осведомленный и влиятельный, каким была Давид в прокуратуре. Выбор пал на майора Эрана Малку.
ОБОРОТЕНЬ В ПОГОНАХ
Фишер познакомился с Малкой в начале 2010-х годов, но, разумеется, предложил ему "сотрудничество" не сразу, а долго исподволь подводил к нему.
"Мы иногда встречались, беседовали, как-то даже поужинали вместе с супругами, – вспоминал Малка на допросе в полиции. — Я стал заходить к нему по вечерам в офис. Мы много говорили о личной жизни и работе. Он хорошо чувствовал мой эмоциональный голод, мою потребность в дружеском общении. Затем Ронель познакомил меня с Рут Давид, с журналистами – и мне будто открыли дверь в другую жизнь, о которой я всегда мечтал…"
Эран Малка был в то время начальником отдела подразделения ЛАХАВ-433 по расследованию экономических преступлений. Поначалу он просто выбалтывал Фишеру подробности ведущихся им расследований, а тот продавал их своим "клиентам". На определенном этапе Фишер открыл Малке, что за информацию, которой тот владеет, можно получать неплохие деньги. И еще большие деньги можно получать за поворот расследований в нужное ему русло. И Эран Малка уже совершенно сознательно, за несколько десятков тысяч шекелей, евро и долларов наличными, передал Фишеру материалы тайного расследования против строительных подрядчиков-братьев Нахмиас, бывшего гендиректора компании "Нетивей-Исраэль" Шая Бараса и многих других.
Обычно Фишер и Малка обменивались текстовыми сообщениями, а когда обсуждали конкретные услуги и суммы, переходили в Whatsapp, пользуясь специальными кодами. Секретарша Фишера, ставшая впоследствии госсвидетельницей, в ходе этой переписки называла Малку "Дэйвид Стюарт" — по имени производителя известного виски, у нее была кличка "Абердин", у Фишера – "Барли" ("Ячмень"). Фраза "давай поговорим на оранжевом" означала, что надо переходить на разговор в интернете, чтобы его нельзя было прослушать. Часто в такой переписке участвовала и Рут Давид.
Но, как говорится, сколько веревочке ни виться…
И ГРЯНУЛ ГРОМ…
В 2014 году полиция начала расследование против всемогущего главы профсоюза Ашдодского порта Алона Хасана. Он подозревался в получении многомиллионных откатов от разных компаний, предоставлявших порту те или иные услуги; в том, что предоставил высокооплачиваемую работу своим близким и дальним родственникам; в вымогательстве, шантаже администрации порта, запугивании сотрудников и во многих других преступлениях, за которые ему светил немалый срок. Поняв это, Хасан обратился за помощью к адвокату Ронелю Фишеру. И тот заявил, что может с помощью своих людей в полиции закрыть его дело, причем за сущий пустяк – 150.000 шекелей наличными.
И тут Хасан сделал ход, которого Фишер явно не ожидал: он явился в МАХАШ и сказал, что располагает однозначными доказательствами того, что полиция инспирировала против него уголовное дело, чтобы затем закрыть его за взятку. И пересказал свой разговор с Фишером. В МАХАШе решили дать Хасану кейс с названной Фишером суммой денег и взять адвоката в момент получения взятки. Операция прошла успешно: в июле 2014 года Фишер был арестован с поличным. Однако на допросах он все отрицал, и вскоре следователи были вынуждены отпустить его на все четыре стороны. Тем не менее, расследование продолжалось, и в апреле 2015-го Фишера арестовали вторично — после того, как было добыто немало уличающих фактов при анализе памяти его компьютера и мобильного телефона, а также удалось "расколоть" и уговорить стать госсвидетельницей его секретаршу.
Алон Хасан вышел из этой истории чуть ли не героем, был признан виновным в двух случаях мошенничества и обмане общественного доверия, приговорен к 150 часам общественных работ и трем месяцам заключения условно и довольно скоро вернулся на пост профсоюзного лидера порта.
У Ронеля Фишера и Рут Давид поначалу дела шли неважно: под подозрение в сотрудничестве с ними подпали сразу несколько высокопоставленных офицеров полиции, включая генерала, но в итоге они были признаны несостоятельными, и из фигурантов дела остался один Эран Малка. Он, как уже было сказано, согласился на роль госсвидетеля — при условии сохранения за ним пенсионных накоплений и был приговорен к восьми годам тюрьмы. После обжалования приговора суд скостил ему год, а реально Малка отсидел только пять лет, выйдя на свободу по УДО.
Фишеру с Давид же были предъявлены весьма тяжкие обвинения. Давид поначалу обвинялась в злоупотреблении служебным положении, получении выгоды преступным путем, преступном сговоре и прочих правонарушениях, за которые ей светило не меньше десяти лет лишения свободы. Однако в мае 2016 года юридический советник правительства Авихай Мандельблит по рекомендации своего предшественника Иегуды Вайнштейна решил закрыть дело Рут Давид "за недостаточностью доказательств". При этом Мандельблит признал, что Рут Давид позволила себе "неподобающее" для занимаемой ею должности поведение, но не более того. В 2018 году дело против нее было возобновлено, но теперь оно касалось лишь правонарушений, совершенных в период ее работы в прокуратуре. Таким образом, в итоге ей инкриминировали лишь пособничество коррупционным преступлениям, в частности передаче взяток, и в создании помех следствию, то есть сущую мелочь.
Ронен Фишер обвинялся по 14 пунктам, включая дачу и получение взяток на несколько миллионов шекелей, что, как многим казалось, звучало более чем серьезно. Суд над ним длится с 2015 года, никто почему-то не требует ускорения процесса, и за это время, формально находясь под домашним арестом, Ронель Фишер успел написать и защитить докторскую диссертацию по юриспруденции – как мы уже сказали, он очень талантлив. Кстати, будучи вполне официально миллионером, Фишер заявил, что у него нет денег на адвоката, и его интересы представляли в суде сотрудники общественной адвокатуры, которым государство выплатило весьма крупные суммы.
Драматический поворот в деле Фишера произошел год назад, когда Эран Малка неожиданно заявил, что дал против него ложные показания под давлением бывшего замглавы МАХАШа Моше Саады. Саада это, естественно, категорически отрицает, как и другие следователи по данному делу. По их версии, налицо сговор между Малкой и Фишером, причем, вероятно, на корыстной основе. Однако судья Моше Соболь признал показания Малки, на которых строилось обвинение против Фишера, не заслуживающими доверия. Но дело в том, что это никак не отменяет множества имеющихся в деле других доказательств виновности Ронеля Фишера и Рут Давид. И вот теперь выясняется, что в рамках досудебной сделки оба они могут отделаться легким испугом, – в отличие от их подельника Эрана Малки, заплатившего своей свободой.
Если учесть как жестко действуют наши правоохранительные органы по отношению к фигурантам "Катаргейта" и других скандальных дел, то столь милосердное отношение прокуратуры к своей бывшей сотруднице и ее подельнику не может не вызывать недоумения. Трудно сказать, для чего вообще в данном случае прокуратура идет на сделку: по словам бывшего сотрудника МАХАШа, который вел дело, обвинительные заключения против Фишера и Давид построены не просто на убедительных, а на неопровержимых доказательствах. Таким образом, само отношение прокуратуры и суда к нему невольно стало еще одним доказательством двойных стандартов, действующих в нашей правоохранительной системе. Если этому вообще нужны дополнительные доказательства…
"Новости недели"
