Ташкентский фоторепортер не смог хладнокровно фиксировать последствия катастрофического землетрясения в Армении: в какой-то момент сложил камеру и начал помогать спасателям
Живущий ныне в Рамат-Гане фотожурналист Вадим Ходаков хорошо помнит полдень 7 декабря 1988 года. Как рассказывает издание armeniasputnik.am, Ходаков жил и работал в Ташкенте, когда произошло землетрясение. Узнав о трагедии, он в числе других добровольцев отправился в Спитак.
"Я собирался в редакцию газеты "Комсомолец Узбекистана", где работал фотокором, и по ходу слушал новости по радио. Я услышал про землетрясение в Армении", — вспоминает Ходаков.
Для него, как для ташкентца, подземные толчки были чем-то очень реальным и знакомым. Он с ними рос, и хорошо знал, насколько это страшно.
Приехав в редакцию, Ходаков услышал о масштабе катастрофы и сразу попросился в командировку в Спитак.
"Главный редактор сказал, что у газеты нет такого бюджета и если я хочу, то могу поехать за свой счет. Я хотел. Вечером того же дня я летел на военном самолете, доставлявшем гуманитарную помощь и спасателей в Армению", — рассказывает Ходаков.
9 декабря он оказался в городе Ленинакане, который лежал в руинах, везде пыль и запах горелого, и страшный мороз. Растерянные и испуганные люди бродили в этих развалинах, они искали родных, кто-то выкапывал их из-под завалов.
Со всего Советского Союза начали приезжать медики, строители и спасатели.
"Я снимал первые несколько дней, а потом сложил камеру в сумку и работал со спасателями на завалах, пытаясь найти хоть кого то, живых или мертвых", — вспоминает Ходаков.
Он пробыл в Ленинакане и Спитаке до конца декабря, позднее вернулся туда весной с поездом гуманитарной помощи, но это уже другая история.
Мама Вадима Наталия — старая боевая подруга главного редактора журнала "ИсраГео" Владимира Плетинского, с которым она работала еще в Ташкенте. Естественно, журналист не мог не расспросить коллегу о тех уже давних временах.
— "Герою" незадолго до этой командировки исполнилось 20 лет… и у него только что родилась дочь! — рассказывает Наташа. — Первые седые волосы появились у сына после Спитака, когда откопали детский сад…
На фотографиях Вадима Ходакова, которые мы публикуем с его согласия, вы можете увидеть то, что для одних уже стало историей, а для других остается незаживающей раной.
