Хоть тема этих заметок и современна — сегодняшние Россия и Израиль, — начать хотелось бы с истории, которая не терпит сослагательности, где больше закономерного, чем условного, где логика и диалектика происшедшего причудливо раскрываются сквозь призму прошедших годов
Григорий РАТНЕР
В 1970-е годы эмиграция евреев из СССР как результат борьбы за репатриацию в Израиль означала отрыв от всего привычного. И, прежде всего, от русского языка и культуры. Евреи знали, что начинается новая жизнь в совершенно другом мире, где может и не понадобится то, что они обрели и впитали с малых лет. Многие хотели скорее забыть все, что было на "доисторической" родине — как их преследовали только за то, что они хотели изучать иврит, историю своего народа и просто боролись за выезд.
Теодора Герцля не случайно зовут в Израиле вождем "политического сионизма" — в отличие от прародителя "культурного сионизма" Ахад а-Ама (псевдоним, который переводится как "один из народа" и принадлежит Ушеру Гинцбергу — выходцу из России). Герцль, как и большинство сионистов-европейцев, думая о будущем еврейском государстве, оставлял практически без внимания проблему национального языка, тогда как Ахад а-Ам и его соратники из России не только воссоздали, осовременили иврит, но сделали его одним, и, скорее всего, самым важным фактором устойчивости к внешним, зачастую враждебным, силам будущего еврейского государства. Во времена, когда выезд евреев в Эрец-Исраэль был труден, немаловажное значение именно для репатриирующихся из Советского Союза было стремление оградиться от экспансии русского языка и культуры. Желая создать новую культуру нового Израиля, а в конечном счете — новый социум, "культурные сионисты", безусловно, опасались русской, а потом и советской культуры, очень мощной и цельной, диффузия которой и сегодня ощущается во всем мире.
В Израиле до последнего десятилетия ХХ века удавалось сдерживать этот фактор государственными, в том числе и образовательными методами. Недаром репатриантов "обрабатывали" и приспосабливали в подразделениях и учебных заведениях, курируемых ведомством с химическим названием "министерство абсорбции" (сейчас оно называется Министерством репатриации и абсорбции). Но оказалось, что и через десятки лет многие репатрианты стали возвращаться к тому, что обрели с детства. Но об этом ниже.
Период горбачевской "перестройки". Уже было ясно, что дипломатические отношения с Израилем будут восстановлены. Но еще до этого в Москве начал работать Сохнут. Прямые авиалинии отсутствовали и люди летали через третьи страны. Однажды мы летели в Будапешт, самолет был наполнен пассажирами, которые с пересадкой в венгерской столице летели в Тель-Авив. Помню, нас тогда очень удивила мощная, вооруженная израильская охрана в аэропорту Будапешта…
Итак, в 1990 году руководство Сохнута поручило будущему руководителю израильского Иновещания Шмуэлю Бен-Цви создать представительство в Москве и в конце ноября 1990 года он стал первым представителем этой организации. Документы оформлялись в посольстве Голландии. И тогда, как журналисту израильского Гостелерадио, Шмуэлю Бен-Цви пришла в голову идея добиться сотрудничества с Останкино. Уже в феврале 1991-го года в СССР прибыла делегация руководителей Гостелерадио Израиля во главе с генеральным директором Арье Мекелем. Произошла встреча с руководством Останкино, интенсивные переговоры привели к подписанию договора о сотрудничестве. Летом 1991-го в Москву прибыл первый корреспондент Государственного Первого канала израильского телевидения Михаэль Карпин. С этого и началось сотрудничество двух "медий" обеих стран.
И вот, казалось бы, свершилась мечта сионистов: из огромного русскоязычного пространства, включая Северный Кавказ, Закавказье, Среднюю Азию, хлынул более чем миллионный поток переселенцев. Новые репатрианты требовали для себя привычной духовной "пищи", участия в политике страны. Создались совершенно иные социальные и коммуникативные условия, сионистские и религиозные догмы слегка дрогнули, но приспособились к новым условиям. Естественно и то, что рыночная экономика Израиля мгновенно откликнулась на желания нового потребительского рынка. Хлынул огромный поток гастролеров — певцов, музыкантов, артистов от всем известных, типа Пугачевой, Леонтьева, до никому не знакомых ансамблей из Западной Украины. Кстати, несмотря на нынешний военный кризис этот "культурный" поток не прекращается. Открылись сотни "русских" продуктовых магазинов, где говорят по-русски и торгуют русскими (точнее — советскими) привычными продуктами. Советскими потому, что многие названия не встретишь и в сегодняшней Москве, а приехавшие в Израиль в начале 1990-х продолжают жить памятью о былом дефиците, наслаждаясь его постоянным наличием на полках магазинов. Но главное — появились десятки русскоязычных газет и журналов.
Русскоязычного 9-го телеканала тогда, в 1990-х, не было, он начал работать лишь десять лет спустя. Появилось только радио — РЭКА, вещающее на русском и на других языках. В Израиле в те годы существовало семь кабельных сетей, затем их стало три — "Matav", "Aruzei Zahav" и "Tevel", а сейчас, объединив всех, работает кабельная сеть HOT…
Но вернемся к началу 1990-х. Естественно, кабельные сети, реагируя на желания приехавших сотен тысяч зрителей, включили в вещание два российских телеканала — "Первый канал — Останкино" и "РТР", который тогда назывался в Израиле "Москва-2".
Сигнал "Первого канала — Останкино" получали тогда со спутника Горизонт, который транслировал канал "Москва-Глобальная", созданный специально для зарубежной трансляции еще в 1980 годы специальным решением ЦК КПСС, а сигнал РТР "снимали" с передающего на Среднюю Азию спутника, и он был в то время неустойчивым.
Егор Яковлев, тогдашний руководитель "Останкино", будучи в Израиле, с удивлением увидел в одной из кабельных сетей программы телевещания "Первого канала — Останкино". Он посоветовался с руководством посольства (тогда послом был А.Е.Бовин) и посредник, некий г-н Фридман, подал исковое заявление в Верховный Суд Израиля — БАГАЦ. Автора этих строк вызвали к руководству (с января 1993-го руководителем "Первого канала — Останкино" стал В.И.Брагин) и отправили в командировку в Израиль, ничего толком не объяснив. В аэропорту меня встретил Шмуэль Бен-Цви, который коротко проинформировал и объяснил ситуацию.
Далее мы встречались с тогдашним директором программ Первого государственного канала Израиля Эстер Софер. Был я и на заседании БАГАЦа, который вынес решение: канал вещает в открытом режиме и то, что принято со спутника — "явление природы", как дождь, снег, ветер, и не принадлежит никому, то есть его использование должно быть бесплатным. Но суд подсказал в своем решении: если будут договоры с кабельными сетями и реклама, в значительной мере познавательная для сотен тысяч приехавших, тогда кабельные сети Израиля обязаны будут платить "Останкино".
Cотрудники кабельных сетей, во главе которых был Зеев Орбах и фирма, владевшая тогда самым большим пакетом кабельных сетей — "Интергамма", предложили начать вещание c ознакомительной рекламы. В Кнессете была принята поправка к закону о рекламе на телеканалах, о необходимости и возможности информирования русскоязычных репатриантов с помощью российского телеканала, чтобы облегчить их привыкание к новой стране.
Закон, естественно, лоббировался в экономической комиссии Кнессета кабельными сетями Израиля, разрешая лишь потребительскую рекламу и объявления. Еще раз подчеркивалось, что все материалы должны передаваться из России. Я был и на этом заседании экономической комиссии Кнессета. Все решалось крайне быстро — полагаю, в этом немалая заслуга Шмуэля Бен-Цви. С этого в мае 1993 года и началось полноценное международное вещание " Первого канала — Останкино" и канала "Москва-2".
Исполняя решение Кнессета, все кассеты с рекламными материалами пересылались в Москву самолетом, размещались в Останкино в рекламные отрезки внутри программ и передавались в Израиль. Даже в первый период начала вещания рекламные доходы составляли 10-20 тысяч долларов США в день. Куда направлялись эти деньги, были осведомлены руководители в Москве. В Израиле для производства рекламных роликов было создано совместное предприятие — "Останкино-интернэшнл". В России большинство доходов контролировалось руководством канала, а в Израиле миллионы воплотились в спутниковую станцию на юге страны -"R.R.sat", что дало возможность в будущем создать DBS, спутниковую вещательную сеть, которую назвали YES.
В непродолжительной истории рекламной деятельности и трансляции на Израиль однажды случился казус, когда этот канал был ошибочно подключен на территорию РФ и жители Воронежа с изумлением смотрели картинки с надписями на иврите, что вызвало массу писем с требованием "убрать евреев с российского канала".
Мне пришлось еще раз, в январе 1994 года, полететь вместе с г-ном Дмитриевым — заместителем г-на Брагина — в Израиль, поскольку нашелся человек, который утверждал, что именно он — представитель Первого канала в Израиле и демонстрировал документ-доверенность. Состоялось заседание суда в Хайфе, где мы представили документы, свидетельствующие о том, что этот господин не был в Москве, а доверенность ему написал (возможно, в подпитии) отдыхавший в Израиле один из сотрудников Управления внешних сношений "Останкино". Мы выиграли в суде, в том числе отсудили штраф у этого господина на сумму 120 тысяч шекелей.
В 1995 году с подачи Б.А.Березовского возникло Общественное российское телевидение (ОРТ), прекратившее передачу рекламы на Израиль. Лишь в декабре 1998 года снова стал вещать канал "ОРТ-международное", передавая и рекламу.
Но тогда, в 1995-м, немедленно начал вещать канал НТВ. Затем был создан работающий и сейчас филиал "НТВ-мир" в Тель-Авиве. Собственно говоря, передавались по этим каналам ("ОРТ-международное" и "НТВ-мир") некоторые программы, в какой-то части отличающиеся от московских, кроме информационных и некоторых других. На НТВ были программы, снятые специально для Израиля, весьма далекие от рекламы и объявлений, содержащие местные сюжеты, и много материалов из "Эха Москвы". В предвыборные периоды на Земле Обетованной особенно активно используется политическая часть НТВ на Израиль. Эти программы невозможно было видеть в России (только в технических аппаратных Останкино). Здесь же израильтяне на НТВ могли еженедельно смотреть программу "Сегодня в Израиле" с нужными политиками. О них готовились и отдельные передачи. Кроме рекламы, "НТВ-мир" организовывало гастроли артистов и театров из России, массовые мероприятия, собирающие десятки тысяч "русских" израильтян, на которых часто выступали израильские политики, имеющие хорошие контакты с НТВ. Российские власти придавали огромное значение этому вещанию. Затем, в начале двухтысячных, когда старое НТВ перестало существовать, в Израиле оно продолжало вещать как "НТВ-мир". Тогдашнее руководство НТВ выиграло процесс в Израиле и местная сеть, бывшая "НТВ-мир", стала называться RTVi.
Итак, сейчас в сетях НОТ и YES помимо "Первого канала-Всемирная сеть" и "РТР-планета" вещают каналы "НТВ-мир", ТВЦ, "Дождь", "Наше кино", "Карусель", "Телекафе", "Время", СТС, "Дом кино", "8-й канал", RTVi и много других каналов с переводом на русский. Кроме того, вещают украинские "Inter+" и "1+1", канал на грузинском языке.
А начиналось все с "Первого канала-Останкино" в апреле 1993-го. когда был подписан первый реальный договор о международном вещании "Первого канала-Останкино" и решили создать совместное российское предприятие для вещания рекламных материалов "Останкино-интернэшнл". А у истоков стояли Шмуэль Бен-Цви и автор этих строк…
* * *
В ноябре 2011-го я был награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством II степени". В Кремле во время вручения награды моя должность прозвучала так: представитель Первого канала в Израиле.
ОБ АВТОРЕ
Григорий Ратнер с 1993 года работал заместителем главного редактора информационного телевизионного агентства Первого канала Российского телевидения, с 1995-го — заместителем главного продюсера ОРТ, затем — представителем Первого канала в Израиле. В настоящее время — штатный советник ЗАО "Первый канал — Всемирная сеть".
И вот из Москвы пришло печальное сообщение, что 2 сентября наш автор скончался. Выражаем соболезнования…
[nn]
