* * *
Лишь к вечеру были собраны и похоронены в братской могиле павшие красноармейцы. Останки белогвардейцев по приказу командующего фронтом М. В. Фрунзе были сброшены в Свиягу — не хоронить же врага, пусть он даже одной крови с тобой! Специальные отряды вели поиски дезертиров, многие из которых были расстреляны на месте. Среди бойцов прошел слух, что утром товарищ Троцкий выступит с речью и лучшие из красноармейцев будут награждены.
— Вот тебе, Васька, завтра награда будет кстати, — сказал Гусинский, не пожелавший после боя возвращаться в полевой лазарет. — Как-никак двадцатилетие.
— Да какая уж мне награда? — смутился Гусев. — Жив остался — и слава Богу.
Завидев комиссара Плотицына, Наум шепнул ему, что неплохо бы порекомендовать Василия, чтобы ему награду вручили — и сражался он, как лев, не дрогнул, когда все вокруг оступали, и день рождения — тоже кстати. Комиссар улыбнулся. Он и сам собирался составить докладную записку на имя наркома Троцкого, в которой хотел попросить Льва Давидовича представить к награде именным оружием лучших солдат его полка. В списке был и Гусев; рядом значилась фамилия Гусинского с пометкой: "За содействие в революционной агитации".
Записку на имя Троцкого Плотицын передал Глазману часов в девять вечера с просьбой посодействовать, чтобы нарком как можно скорее прочитал ее.
— Сейчас Лев Давидович принимает ванну, — ответил секретарь наркома. — А потом сразу будет ужинать и ляжет спать. Если успею во время ужина — значит успею. А нет — так во время завтрака точно передам, вы не волнуйтесь, до встречи с бойцами вопрос будет решен.
В тот же час на стол главкома Вацетиса легла другая записка — от раненного бойца Иосифа Каменецкого, сообщавшего о пораженческой агитации со стороны красноармейца Гусинского, что в свете приказа номер 10 должно караться самым суровым образом.
— Утром, сразу же после выступления товарища Троцкого, расстрелять перед строем вместе с дезертирами, — распорядился Иоаким Иоакимович, передавая данные бойца-пораженца на рассмотрение Военно-революционного трибунала. — Всякая сволочь, мешающая революции, должна быть казнена — и немедленно!
Не знал еще главком, что наутро нарком Троцкий получит от Ленина шифротелеграмму, в которой "вождь всемирной революции" предлагал за прорыв беляков в первую очередь расстрелять самого Вацетиса и весь командный состав Второго фронта…
"Мы победили,
но какой ценой!
Мы победили
войско белой смерти.
За вас,
товарищ Троцкий,
мы стоим стеной,
И вас,
товарищ Ленин,
защитим, поверьте!"
(Из дневника бойца Пятой армии Восточного фронта Н. Гусинского. Под оригиналом надпись: "Свияжск, ночь на 30 августа 1918 г").
Читать далее: номера страниц внизу
https://www.isrageo.com/2017/03/17/vibner/
