Турьезное бытие мертвоморского "гарема"
Зинаида ВИЛЬКОРИЦКАЯ
При всей своей гармонии, пусть даже относительной, мир состоит из противоречий. Они так или иначе дают о себе знать в любом месте, а уж в гостинице на берегу Мертвого моря – тем паче.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Белоснежек было семь. Квадратненькие, аккуратненькие, светлоглазенькие, они выглядели выпускницами одного и того же инкубатора. Все – возрастом – от шестидесяти до семидесяти, ростом мал-мала меньше, все – в белых гостиничных махровых халатиках и белых панамках с забавными кружевными бантиками «под леопарда».
Узенького, щупленького, бровастенького, с окладистой рыжеватой бородищей гномика звали Сережа. Он вызывал у белоснежек непреодолимое желание заботиться. Это было нелегко.
– Cи-ирожа! – на все гостиничное лобби взывали белоснежки. – Мы тебе в сувенирном парфю-у-ум купили. По скидке «Два покупаешь, третий – в подарок». Понюхай, как пахнет!
– Ну, вы даете! – хмурил мохнатые бровки Сережа. – «На и не воняй», вот что ваш одеколон означает. Вы позорите меня перед половиной отеля! Заглаживаете вину за ту бурду, которой вы меня дома травили?
– То был блендеризированный капустно-картофельный коктейль! Витаминный, для здоровья полезный! – оправдывалось женское царство. – На вид он, конечно, мерзковатый, но мы с удовольствием пьем!
– От вашей взблендернутой жидкой капусты с картошкой меня пучило, она воняла адски! Чтобы спастись от этой мути, я согласился ехать с вами сюда. Но вы должны понимать: я вам не карманная собачка!!!
Судя по всему, у Сережи был характер, нужный для жизни.
– Си-ирожа. Смотри, пиццу пекут. Будешь?
– Что буду? Печь или есть? – острит Сережа. – Ну, несите, чё уж там…
– Сколько?
– Вы мне каждый кусок пересчитаете и пронумеруете? Сколько принесете, столько осилю!
От Сережи улыбки не дождешься. Сережа – кислая рожа, на которой написано: «Я человек занятой, баклуши бить не приучен, некогда мне всем этим заниматься».
– Сирожа, там «Актимель» в бутылочках. Принести?
– Не крутите мне мозги! Они и так уже от вас в трубочку закрученные! Пиццу запивать надо холодным пивом! Несите пиво и не задавайте дурацких вопросов! Семь баб одного мужика накормить не могут! Одна нога здесь, другая там! А вон в той стороне арбузы дают. Учить вас надо? Вы позорите меня перед половиной Мертвого моря! До ужина – целых три часа, я с голоду помирать не намерен!
Белоснежек звали Туся, Люся, Нюся, Феня, Наташа, Маруся и Вера. Их имена и общий вес, превосходящий 750 кг, узнала вся гостиница.
А вы как думали? Лифт рассчитан на 750 кг. Тесно спаянный дамский коллектив на части не делится. Белоснежки принципиально заходят в лифт вместе. Дверь пытается закрыться, но ей не дают. Ждут Феню.
– Феня, ты где? Сколько можно ждать? Мы тут, ты – там…
– Я заблудилась! – смущается Феня. В руках у нее – чашка с капучино.
– Феня, оставь чашку! – требуют белоснежки. – Из-за веса твоей чашки дверь не закрывается!
– Это не из-за чашки! – хмыкает Сережа. – Это из-за пиццы лифт перегружен! Кто из вас пиццы переел?!
– Оставь чашку, Феня! – упорствуют белоснежки (кто-то из них перевешивает, но кто, не признается под страхом смерти. Выйти нельзя. Выйдет одна, и все остальные узнают, кто самый увесистый).
Расстроенная Феня машет рукой, пенка из чашки расплескивается, но общий вес не меняется. Дверь лифта по-прежнему не закрывается и уже умоляюще попискивает.
– Ладно. Я, конечно, опять заблужусь… Но выйду! И чашку заберу! – решается Феня.
– Выходи и больше не блудись! Не то выйдешь из нашего доверия! – не оценив Фенину жертву, одна из громоздких тушек нажимает на кнопку. Несговорчивая кнопка краснеет и угрожающе вопит.
– Стоп, Феня! Не лети! – бушует Сережа. – Заблудишься – собирай вас потом! Или все едем лифтом, или никто не едет и топает по ступенькам!
– Мы по ступенькам не пойдем! – протестуют вспотевшие белоснежки. – Пешком пилить на любой этаж – пытка! Пускай Феня идет! Она сама напросилась и чашку свою напросила!
Борьбу за свободу передвижения Фениной чашки завершает Сережа. Он следует за Феней – и очень даже вовремя. Феня успела на ровном месте уронить чашку и споткнуться о препятствие – тележку с полотенцами.
Это был переломный момент в самом буквальном смысле этого слова. Сие выяснилось за трапезой в гостиничной столовой.
– Феня, что тебе принести? Индюшатину любишь? – проявляет джентльменские качества Сережа.
– Я хочу бакар (говядину), – не вставая из-за стола, Феня томно поглядывает на Сережу и покачивает забинтованной ногой.
– Эйфо бакар? Зе бакар? – спрашивает Сережа на раздаче.
– Зе говядина, – отвечает ивритоязычный повар.
– Я хочу бакар… – усиливает позицию Феня.
– Си-ирожа, бери говядину!!! – советуют белоснежки.
– А какая разница? – спрашивает Сережа.
– А никакой. Говядина – это и есть бакар, – отвечает ивритоязычный повар.
– Уговорили. Беру два бакара, себе и Фене… Феня, курасон брать?
– Брать, – умиротворенно розовеет Феня. – Но не курасон, а круассан.
– Понял! Курасон – это куриный сон, а круассан – литературно-кулинарное совершенство! – гном Сережа умеет улыбаться, вы себе представляете? И шутить умеет.
– Сирожа, сними эту трехцветную кепку. Подумают, что ты за Россию или голубой! – боевой авангард белоснежек не упускает возможности вставить шпильку.
– Не сниму. Она модная, – парирует Сережа. Бывалого морского волка невозможно застать врасплох. – А вы – язвы высшей категории. Шо за фокусы? Чего орете? Вы позорите меня перед половиной хедер-охеля!
– Никого мы не позорим! Ты нам неинтересен, как позавчерашний суп!
Видавший виды персонал, заинтересованный этой драматической ситуацией, при слове «суп» навострил уши: «Вы хотите марак? Есть овощной и куриный…»
– Тода раба! Кто куда, а мы – в бассейн! Там сейчас конкурс на лучшую русалку! Феня, сколько можно ждать? Ах, ты с Сирожей? Тогда постарайся никого не свалить! Сирожа, следи, чтобы Феня не заблудилась!
Спасение от милого белоснежского общества – в воде. Спасибо создателю, белоснежки не умели плавать, а конкурс на лучшую русалку этого умения не требовал.
Пока утомленная солнцем Феня меланхолично заедала дыню попкорном, гномик скоростной торпедой носился от одного бортика бассейна к другому. Помрачневшие Туся, Люся, Нюся, Наташа, Маруся и Вера (в белых купальниках в красный горошек и белых махровых тюрбанах) глубокомысленно вглядывались в телодвижения Алона – смуглого мускулистого красавчика-инструктора. Знай наших! Воображая себя гибкими восточными дивами, белоснежки выпендривались друг перед другом, кто стройнее, очаровательнее и русалистее. Им казалось, что они грациозно извиваются под музыку, но пальма первенства в виде кокосово-абрикосовых пирожных досталась всем. Зачем тогда конкурс, если первое место у всех? И вообще Алон оказался геем, вот и верь после этого мужчинам…
Проблем не было только с морем. Компания вписывалась в целебную морскую благодать и композиционно, и по весовой категории. Но противоречий меньше не стало: пора домой, а еще не все купальники выгуляны! И кофточки не все продемонстрированы, не говоря уже о платьях!
Лучшее, что человек может сделать для себя и других, быть счастливым. Поводов для счастья – больше, чем кажется.
– Си-ирожа. Смотри, в баре – черепаха!
– Что она там делает? Водкой грусть запивает?
– Она из дерева! Произведение искусства! Ты нас с ней сфотографируешь? Делай так, чтобы двойные подбородки не выпячивались и глаза побольше казались! Феня, иди, пока место не занято и постарайся никого не свалить! Си-ирожа, сколько можно ждать?! Ты куда смотришь, Сирожа???
«Чтоб я так жил», – подумал Сережа. У большой, как корабль, черепахи на шее болтался… пионерский горн.
– Си-ирожа! Скорее фоткай! Мороженое тает!!!
– Вы позорите меня перед черепахой! – Сережа взял горн и протрубил отбой.
В глазах деревянной черепахи воплотилась вся скорбь черепашьего народа.
– Си-ирожа! Ты фоткаешь или где? Мороженое тает!!!
«Это ж надо так довести бедного мужика, – разжалобилось произведение искусства. – Теперь понятно, почему у Сережи такая кислая рожа. Всю романтику испоганили…»
– Си-ирожа! – люди обладают талантами осложнять жизнь по мелочам. – Мороженое растаяло!!! Феня потеряла свои глазные капли! Вера хочет успеть на бриллиантовую биржу! У Наташи сломалась застежка на босоножках, а у Марусиного чемодана отвалилась ручка!
«Больше никогда не буду связываться с такой кучей настырных баб», – мечтая о полном одиночестве, поклялся гномик. Он стоял на капитанском мостике непоколебимо, как скала, и уже мысленно доплывал далеко-далеко – аж до необитаемого острова…
И тут единодушие в рядах белоснежек достигло апогея.
– Люся, ты куда? Не бери Сироже панкейки! Они резиновые! Туся готовит их лучше!!!
Новую книгу Зинаиды Вилькорицкой «Подарок на счастье» вы можете приобрести, заказав по адресу [email protected]
