Испанские страсти через спинку самолетного кресла
Мария АДАМЧУК, Бат-Ям
Я довольно опытный летатель на самолетах и лет с 20 примерно делаю это непрерывно. Казалось бы, повидала уже всякое. И орущих младенцев грудного возраста, и младенцев постарше, весь полет самозабвенно пинающих тебя ногами в спину. И пьяных в дрова отпускников всех мастей.
Но был в моей жизни полет, когда я поняла, что все это время была в вопросах комфорта полетов юнцом и соплей, не знающей жизни. Со мной рядом летела ПАРОЧКА. Я сидела в проходе, девушка примостилась в кресле посреди ряда, а ее молодого человека угораздило сесть в центральное кресло рядом дальше. То есть он сидел за ней. То есть она перед ним. Они были ПАРОЧКОЙ. А сидели порознь. Целых ПЯТЬ часов.
Она – эдакая романтичная особа, из тех, кто раньше в парке томиком Есенина обмахивался, а сейчас иногда встречается на слетах КСП. Ситцевое платьишко, взгляд лучистых глаз, в которых читается: “Ну что вы все пристали, не видите, я влюбленаааааа!”. Голос феечный, хрустальный. А предмет страсти сзади…
Недосягаем!!!
Поменяться с ними местами я никак не могла, были обстоятельства непреодолимой силы.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Так вот, чтобы не прервать связующую нить, она общалась с ним в дырочку между моим и ее сиденьем. Поворачивалась туда и нежно ворковала. А я была откинушись назад слегка, поэтому ворковала она мне в ухо. И в плечо. По-испански. Каждые 5 минут оборачивалась и ворковала. А когда не ворковала и сидела ровно – запрокидывала назад руку, предлагая мне изучить содержимое ее подмышки, ловила протянутую руку своего кавалера и тоже гладила. Содрогаясь при этом всем телом в конвульсиях.
Через полчаса таких страстей я чувствовала себя даже не третьим лишним, а непосредственным участником а-труа. Все время хотелось откинуться на подушки и уже, наконец, закурить…
А потом принесли обед. И она стала его в эту трещину между нашими креслами кормить! Хотя перед ним был точно такой же обед. Но нет. Она то булочку ему туда просунет, то помидорину. То МЯСО В СОУСЕ… (заметьте, как я виртуозно избегаю ненормативной лексики! Вы не представляете, чего мне это стоит).
Через три часа полета все мое плечо было в ее слюнях, соплях, лямуре-тужуре и, сука, мясном соусе. А потом она пошла пописать, но не дошла, встала в проходе, перегнулась через такого же бедного пассажира, сидящего за мной и все это тоже наблюдающего, выставила задницу в проход и минут пять, перегородив все входы и выходы, нацеловывала лысину своего любимки.
И вот сидела я и думала. Окей. Да. У людей любовь, счастье и секс. Не вопрос, все круто, я за них рада. Но где все-таки проходят границы? В какой момент их любовь и их секс перестают быть их личным делом и начинают нарушать границы всех остальных?
* * *
Любопытный комментарий написала к этому тексту знакомая автора Наталья Савельева:
Аналогичный случай произошёл в шестом гренадерском полку. В воскресенье летели, перед нами сидело семейство, сын-подросток, мать, дедушка (это главный персонаж) и через проход необъятная бабушка. Её специально усадили, видимо, в соседний ряд, чтобы она не сдавливала остальное семейство. Сдавливала она тех, что в её ряду сидели. (О да, я видела их страдальческие лица). Так вот, этот дед, глава семейства и патриарх по совместительству творил… Чудил… Я уже в голос начинала хохотать, от очередных его вылазок и выходок нервы начинали сдавать.
Он ежеминутно вскакивал, наклонялся, утыкался своими джинсовыми шортами не первой свежести мне чуть ли не в нос.
Итак, что он делал: у них было несколько единиц крупной ручной клади, рюкзаки, чемоданчики, сумки. Он постоянно их доставал, костеря всех вокруг, кидал на свое сиденье с размахом, затем перебирал, обшаривал, с криками, что ничего найти невозможно. То искал ноутбук, то флешку, то наушники, то платье, переодеться жене, то лекарство от давления, то вещи, то блинчики с медом (надо же подкрепиться всей семье после того, как поели в самолете).
То у него ноги затекли, то дорогой наушник выпал и он бросался под ноги уже мне, типа, — ни с места, вы его затопчете, не шевелитесь! То снимал медицинские чулки необъятной жене в проходе, то его дочь снимала эти чулки уже себе. Они ежеминутно скакали, орали, переговаривались, передавали друг другу лекарства, бабушка через ряд пыталась общаться с внуком и кормить его блинчиками с медом, прихваченными из отеля, в конце полёта уже внук отличился, потеряв телефон. То есть в течение четырех часов в суету вовлечены были буквально все близлежащие ряды.
А, ну ещё подушка из-под головы бабушки постоянно отлетала в проход. То есть за четыре часа он вскочил раз 100, ещё ругался с нами:
"Чем я вам мешаю?! Я буду вставать столько, сколько мне нужно! Ну вы же не спите, если бы вы спали!"
Спасало только то, что его кресло не раскладывалось, а то бы он лежал на мне, но по этому поводу он тоже вскакивал.
Вот расскажешь кому, не поверят, что такое бывает. Я бы не поверила, если б не убедилась сама, что такие люди существуют
Телеграм-канал автора — "Секс? Это бывает!" (авторский и юмористический канал о близости, сексе и отношениях. Женский взгляд, 50+).
Заголовок и подзаголовок даны редакцией
