Роксолана — пленница сериала

Как известный израильский гид показал туристам в Иерусалиме наследие славянской супруги турецкого султана

Руслан ИВАНОВИЧ

Спускаясь с туристами по дворцовой улице в сторону Стены плача, остановился у здания ныне Индустриальной школы в мусульманском квартале.

Рассказал, что в этом здании действовал благотворительный комплекс, основанный Хасеки Хюррем Султан.

Затем добавил:

— Несмотря на её благотворительность, за её подлые дела и интриги, надеюсь, эта змея горит в аду.

И выразительно посмотрел на людей.

Что началось! Женщины почти кричали на меня:

— У неё не было другого выхода!

— Она боролась за своё счастье!

— Она защищала своих детей!

Я не выдержал:

— И ради счастья своих детей надо было организовать интригу против шехзаде Мустафы, чтобы султан отдал приказ об его убийстве, на своих собственных глазах? Опомнитесь, матери! — взываю.

Женщины опустили головы, задумавшись.

Муж одной из них сказал в тишине:

-Да, плохо знаем мы историю. Надо ещё раз сериал пересмотреть.

ОТ РЕДАКЦИИ:

ХЮРРЕМ И ИЕРУСАЛИМ

Согласно легенде, Роксолана посетила Иерусалим по дороге из Мекки. Ей настолько понравился этот город, что она задержалась здесь в сооруженном мамлюками дворце Туншук, а повелела соорудить здесь комплекс Имарет Хасеки Султан.

В этот комплекс входили караван-сарай, благотворительная столовая, где любой бедняк мог получить наваристый суп, и обитель суфиев. Была здесь и баня, услугами которой пользовались как паломники, так и местные жители.

ИЗ ВИКИПЕДИИ

Хюррем Хасеки Султан, в Европе известная как Роксолана, согласно литературной традиции, имя при рождении Анастасия или Александра Гавриловна Лисовская; (ок. 1502 или 1505 — 15 или 18 апреля 1558) — наложница, а затем жена османского султана Сулеймана Великолепного, хасеки, мать султана Селима II.

Сведения о происхождении Хюррем разрозненны и противоречивы.

Имя Роксолана было впервые использовано в отношении неё послом Священной Римской империи в Османской империи Огьером Гизелином де Бусбеком, автором изданных в 1589 году в Париже латиноязычных "Турецких записок" (Legationis Turcicae epistolae quatuor IV). В этом сочинении он, основываясь на том, что Хюррем происходила с территории нынешней Западной Украины, назвал её Роксоланой, имея в виду популярное в Речи Посполитой в конце XVI века название этих земель — Роксолания (от племени роксоланов, упоминаемых Страбоном в качестве обитателей Северного Причерноморья).

Современные источники не содержат сведений о её детстве, ограничиваясь упоминанием о её русском происхождении:

"donna di nazion russa" (Bragadino);

"[donna] … di nazione russa" (Navagero);

"Sultana, ch’e di Russia" (Trevisano).

Михалон Литвин, бывший в середине XVI века послом Великого княжества Литовского в Крымском ханстве, в своём сочинении 1548-1551 годов "О нравах татар, литовцев и москвитян" (De moribus tartarorum, lituanorum et moscorum) при описании торговли рабами указывает, что "и любимейшая жена нынешнего турецкого императора мать перворожденного [сына] его, который будет править после него, похищена была из земли нашей".

Участник посольства Речи Посполитой к османскому султану 1621-1622 годов поэт Самуил Твардовский писал: турки рассказывали ему о том, что Роксолана была дочерью православного священника из Рогатина (ныне в Ивано-Франковской области, Украина). Однако Рогатин, как и вся Галичина, не входил в состав Великого княжества Литовского, а был частью Королевства Польского.

Подробности или детали раннего периода жизни и происхождения Хюррем появляются в литературе XIX века.

Согласно польской литературной традиции, её настоящее имя было Александра и она была дочерью рогатинского священника Гаврилы Лисовского, служившего в местной церкви Святого Духа. В украинской литературе XIX века её именуют Анастасией, эту версию приняли некоторые советские историки.

Галина Ермоленко, со ссылкой на Михаила Орлича, сообщает о старой буковинской народной песне, повествующей о красивой девушке из Рогатина по имени Настусенька, похищенной крымскими татарами и проданной в султанский гарем. Михаил Орлич слышал эту песню от бабушки. Также он слышал от бабушки, что "будто на свадьбу Насти и Сулеймана ездила в сопровождении казацкой свиты и Настина мать и другие сказки".

Ирина Кныш называет "старой народной" песню, которая на самом деле является изменённым куском поэмы Маврикия Гославского "Поділля" (1827 г.).

Можно только гадать, насколько первичны "старые народные" песни про Роксолану и датируются ли они сроками ранее 1880 года, когда имя Анастасия Лисовская появилось у Михаила Орловского в исторической повести "Роксолана или Анастасия Лисовская". Во всяком случае Владимир Грабовецкий утверждает, что при поисках в архивах в галицких городских и земских актовых книгах не обнаружил даже упоминания рода Лисовских до середины XVI века.

Михаил Орловский, вслед за Маврикием Гославским, пишет, что она была родом не из Рогатина, а из Чемеровец (ныне в Хмельницкой области).

Во время одного из набегов крымских татар девушка попала в плен и после нескольких перепродаж была подарена Сулейману, бывшему тогда наследным принцем и занимавшему государственный пост в Манисе, где существовал собственный гарем. Не исключено, что она была подарена 26-летнему Сулейману по случаю восшествия на престол. Попав в гарем, Роксолана получила имя Хюррем (от перс. "весёлая"). Историк Галина Ермоленко датирует появление Хюррем в гареме периодом между 1517 и восшествием Сулеймана на престол в 1520 году. На тот момент девушке было около пятнадцати.

В самое короткое время Хюррем привлекла внимание султана. Другая наложница Сулеймана — Махидевран, мать шехзаде Мустафы, рабыня албанского или черкесского происхождения, стала ревновать султана к Хюррем. Возникшую между Махидевран и Хюррем ссору в своём отчёте за 1533 год описал венецианский посол Бернардо Наваджеро: "… Черкешенка оскорбила Хюррем и разодрала ей лицо, волосы и платье. Спустя некоторое время Хюррем пригласили в султанскую опочивальню. Однако Хюррем сказала, что не может в таком виде идти к повелителю. Тем не менее султан вызвал Хюррем и выслушал её. Затем он позвал Махидевран, спросив, правду ли ему рассказала Хюррем. Махидевран сказала, что она главная женщина султана и что другие наложницы должны подчиняться ей, и что она ещё мало побила коварную Хюррем. Султан разгневался на Махидевран и сделал Хюррем своей любимой наложницей".

В 1521 году скончались двое из трёх сыновей Сулеймана. Единственным наследником остался шестилетний Мустафа, что в условиях высокой смертности представляло угрозу для династии. В связи с этим способность Хюррем родить наследника давала ей необходимую поддержку во дворце. Конфликт новой фаворитки с Махидевран сдерживался авторитетом матери Сулеймана Хафсы Султан. В 1521 году Хюррем родила мальчика, получившего имя Мехмед. В следующем году родилась девочка Михримах — единственная пережившая младенчество дочь Сулеймана, после родился Абдалла, проживший всего три года, в 1524 году родился Селим, а в следующем — Баязид. Последнего, Джихангира, Хюррем родила в 1531 году.

В 1534 году умерла валиде-султан. Ещё до этого, в 1533 году, вместе с сыном Мустафой, который достиг совершеннолетия, в Манису отправилась давняя соперница Хюррем — Махидевран. В марте 1536 года великий визирь Ибрагим-паша, ранее опиравшийся на поддержу Хафсы, был казнён по приказу султана Сулеймана, а его имущество конфисковано. Смерть валиде и отстранение великого визиря открыли Хюррем дорогу для укрепления собственной власти.

После смерти Хафсы Хюррем смогла добиться того, чего никто и никогда до неё не добивался. Она официально стала женой Сулеймана. Хотя не существовало никаких законов, запрещающих женитьбу султанов на рабынях, вся традиция османского двора настраивала против этого. При этом в Османской империи даже сами термины "закон" и "традиция" обозначались одним словом — канун.

Состоявшаяся свадебная церемония была, судя по всему, очень пышной, хотя никак не упоминается в османских источниках. Вероятно, свадьба состоялась в июне 1534 года, хотя точная дата этого события неизвестна. Уникальное положение Хюррем отражал и её титул — хасеки, введённый Сулейманом специально для неё.

Султан Сулейман, проводивший большую часть времени в походах, информацию о ситуации во дворце получал исключительно от Хюррем. Сохранились письма, в которых отражается большая любовь и тоска султана по Хюррем, которая была его главным политическим советником. Между тем, Лесли Пирс отмечает, что на ранних этапах деятельности Сулеймана он более опирался на переписку с матерью, так как Хюррем недостаточно хорошо знала язык. Ранние письма Хюррем написаны отточенным канцелярским языком, что говорит о том, что они были написаны придворным писарем.

Влияние, оказываемое Хюррем на Сулеймана, иллюстрирует эпизод, описанный венецианским послом Пьетро Брагадином. Один из санджак-беев подарил султану и его матери по одной красивой русской девушке-рабыне. Когда девушки прибыли во дворец, Хюррем, которую застал посол, была очень недовольна. Валиде, отдавшая свою рабыню сыну, была вынуждена извиниться перед Хюррем и забрать наложницу обратно. Вторую рабыню султан приказал отправить в качестве жены другому санджак-бею, так как наличие даже одной наложницы во дворце делало хасеки несчастной.

Образованнейшая женщина своего времени, Хюррем Хасеки Султан принимала иностранных послов, отвечала на письма иностранных правителей, влиятельных вельмож и художников. По её инициативе в Стамбуле построено несколько мечетей, баня и медресе.

Вскоре после возвращения из поездки в Эдирне, 15 или 18 апреля 1558 года, вследствие продолжительной болезни либо отравления Хюррем Султан умерла. Год спустя её тело перенесли в куполообразный восьмигранный мавзолей проекта архитектора Мимара Синана. Мавзолей Хюррем Хасеки Султан декорирован изысканными изникскими керамическими изразцами с изображениями райского сада, а также с нанесенными текстами стихов, возможно, в честь её улыбки и жизнерадостного характера. Усыпальница Роксоланы находится недалеко от мавзолея Сулеймана слева от мечети в комплексе Сулеймание. Внутри гробницы Хюррем вероятно находится гроб Ханым Султан, дочери Хатидже Султан, сестры Сулеймана.

Из всех сыновей Сулеймана I Великолепного отца-султана пережил только Селим.

Мехмед скончался в 1543 году. По мнению некоторых исследователей Мехмед умер от оспы, а по другой версии он умер своей смертью.

Джихангир, слабый здоровьем от рождения, умер в 1553 году вскоре после казни Мустафы. Существует легенда, что Джихангир умер от тоски по своему брату. По этой же легенде именно Хюррем, плетя интриги против Мустафы, спровоцировала его смерть: настроила отца против сына, чтобы престол достался её сыну. По приказу Сулеймана I Мустафу задушили.

Баязид после неудачной попытки убить Селима вместе с 12 тысячами своих людей прятался в Персии, стал считаться предателем в Османской империи, которая на тот момент находилась в состоянии войны с Персией. Позже султан Сулейман I заключил с Персией мир и договорился с персидским шахом Тахмаспом I, что за 400000 золотых монет соратников Баязида убьют, а его самого вместе с четырьмя сыновьями отдадут посланникам султана. Смертный приговор, который вынес Сулейман своему сыну Баязиду, был исполнен 25 сентября 1561 года — он был задушен. Помимо него самого были казнены и его пятеро сыновей. Самый младший из них — трёхлетний Мурад, по приказанию Сулеймана, был задушен в Бурсе. Есть мнение, что и эти казни султан совершал по наущению Роксоланы.

Профессор истории, автор работы о султанском гареме Лесли Пирс отмечает, что до Хюррем фаворитки султанов играли две роли — роль собственно фаворитки и роль матери наследника престола, и что эти роли никогда не совмещались. Родив сына, женщина переставала быть фавориткой, отправляясь вместе с ребёнком в отдаленную провинцию, где наследник должен был воспитываться до того времени, как займёт место отца. Хюррем же была первой женщиной, сумевшей одновременно играть обе роли, что вызывало огромное раздражение консервативно настроенного двора. Когда её сыновья достигли совершеннолетия, она не отправилась вслед за ними, а осталась в столице, лишь изредка навещая их. Именно этим во многом можно объяснить негативный образ, который сформировался вокруг Хюррем. Кроме того, она нарушила ещё один принцип османского двора, заключавшийся в том, что одна фаворитка султана должна была иметь не более одного сына. Не в силах объяснить, как Хюррем смогла достичь столь высокого положения, современники приписывали ей то, что она попросту околдовала Сулеймана. Этот образ коварной и властолюбивой женщины был перенесён и в западную историографию, хотя и подвергся некоторой трансформации.

https://www.isrageo.com/2016/06/03/frenk152/