Перо жрать-птицы

Репортаж с сантиметром на талии

Виктория ОРТИ

Ну что ж, в очередной раз набрала килограммы — о, этот круговорот вечен — а это означает, что цикл моего "репортажа с сантиметром на талии" будет дополнен новыми миниатюрками и шутками. Ну а пока что —

РЕПОРТАЖ С САНТИМЕТРОМ НА ТАЛИИ

Я понимаю, что рядом должно быть надёжное мужское плечо, в которое можно уткнуться и…. вытолкнуть его обладателя из постели, чтобы приготовил мне кофе и омлет.

* * *

— Что случилось с этой женщиной, док?

— Впала в жрёму.

* * *

И обернулась царевна в Жрать-птицу, и взмахнула куриными крылышками…

* * *

— Ты погладил меня по подбородку. И я поняла, что это — второй.

Ласковый мужчина вечно открывает в тебе новые пласты. Новую складочку на животе, новый сантиметр на бедре, новый подбородок…

* * *

Ночью приснился эклер. Эклер сказал:

"Я знал, что ты меня рано или поздно бросишь и захочешь питаться огурцами".

И заплакал кремом.

Прикинь, Фрейд, я всех твоих пациенток перещеголяла!

* * *

Я вчера выстояла перед лицом такого соблазна, такого дикого животного первобытного желания…

Во-первых, он был красив. Идеальные размеры, внешняя эстетика, внутреннее соответствовало внешнему. Знаете, именно про таких говорят "вкусный", и это точное определение.

В общем, не съела я этот гамбургер средней прожарки с гусиной печенью поверх говядины.

* * *

— Я не открыла дверь свидетелям Неедовы.

— Свидетелям Иеговы?

— Нет.

* * *

"Ушла на обеденный перерыв"

Подпись:

Диета

* * *

Прощальная речь.

Сегодня я прощаюсь с тобой, милый "месяц вкусной нездоровой пищи". Но хочу оставить хорошее послевкусие от дней, проведённых вместе, ведь в них было множество минут истинного наслаждения! Ты подарил мне забытый вкус питерских пышек и ватрушек, открыл для меня хинкали с бараниной, преподнёс вкуснейшие гамбургеры, пиццы, массу прочих жирных, солёных, сладких блюд, от которых каждый сантиметр моего тела увеличился в полтора раза. Ты смог примирить меня с чипсами и колой, а такого никто прежде не добивался, поверь мне.

Да, я вынуждена проститься. Вчера я поняла, что мы перешли черту, после которой одно из двух — либо пребывать с тобою вечно, либо прошептать напоследок:

"Я ухожу, но помни, мне с тобой было хорошо, как никогда раньше, а одну из наших ночей, проведённую в бесконечном наслаждении вкусом и запахом настоящего узбекского плова, я не забуду никогда".

О, если бы я смогла застегнуть эти грёбанные джинсы вчера перед выходом в бар, я бы побыла с тобой ещё месяц-другой… Но джинсы врезались в последствия наших безумств, и мне приходится принимать это непростое решение.

Пройдут годы, и мы встретимся вновь, я знаю наперёд.

Потому что ты незабываем, о мой нездоровый, жирный, сладкий, бесконечно холестерольный, невозможный мой.

Остаюсь навеки твоей.

Хотя ты об этом не должен знать.

* * *

Сила воли худеющей не в отказе от соблазнов, но в преодолении желания бегать взвешиваться раз в час. Истерически отслеживает она каждый грамм, совершая чудеса воспарения и эквилибристики на кончиках пальцах над весами — лишь бы увидеть вес на полкило меньше настоящего. О, измерение объёмов! Эта лента сантиметра, впивающаяся в талию только ради одного или двух призрачных сантиметров… "Нет, дорогая, это не 75, это 77" — как бы рубит она правду-матку, но ты-то уверена — 73! Твои бедные бывшие, воспарившие духом и телом при виде твоей фотографии в голом виде со спины, пишут: "Мы встречаемся этим вечером?", но получают в ответ:"Неееет, ты меня не так понял, просто ответь, заметно ли сзади, что я похудела? Я же себя не видела в этом виде, помоги по старой дружбе!"

О, худеющая, помни — ты не первая и не последняя, многие пали на этом поле битвы с весами и сантиметрами, поэтому расслабься и через месяц достань с полки джинсы на размер меньше, в которые не влезла вчера. Влезешь — слезай с диеты.

Автор – израильская писательница, инженер человеческих душ и инженю человеческих туш

Моя милая Рейзи