На минувшей неделе ожесточенные бои продолжались в районе города Бахмут, в Донецкой области и в полосе Сватово-Кременная, на стыке Луганской и Харьковской областей
Давид ШАРП
Судя по отрывочной и не всегда подтверждаемой информации, наиболее интересные события развиваются на втором участке, где уже долгое время идет медленное наступление ВСУ, в то время как россияне периодически пытаются контратаковать. Действия украинцев направлены на то, чтобы при пошаговом продвижении взять под физический и огневой контроль пути снабжения противника и тем самым заставить его отступить. Все последние дни сообщалось о небольшом продвижении, и в части случаев это имело видео-подтверждения. Как и то, что бои идут очень упорные.
Важно отметить, что наступление, о котором идет речь, не носит массовый масштабный характер, когда атаки осуществляются при помощи десятков единиц бронетехники единовременно (тем более что состояние почвы этому зачастую не способствует). Сватово и Кременная — небольшие города с довоенным населением менее 20 тысяч человек. То есть их взятие, если таковое произойдет, — это локальный успех. Совсем иное дело, если подобное продвижение сопровождается разгромом группировки противника или созданием условий для дальнейшего развития успешного наступления. В случае с Кременной при этом может быть создана угроза таким городам, как Рубежное, Северодонецк и Лисичанск. Напомню, что их захват стал главным успехом летней кампании российской армии.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
У многих возникает естественный вопрос: как так получается, что на одном участке в течение многих недель с той или иной степенью успешности наступает ВСУ, а на другом, довольно близком географически (Бахмут), давят уже россияне? Среди прочего подобные ситуации могут быть обусловлены логистикой. Например, дорожная сеть, наличие складов и средств снабжения позволяют одной стороне сосредоточить силы на некоем направлении крупные силы, в то время как у противника условия иные.
Все эти дни "Бахмутская мясорубка" продолжала крутиться с прежней силой. В отличие от участка Сватово-Кременная, где украинское командование "придерживает" информацию о происходящем, с Бахмутом дело обстоит иначе. Нельзя назвать происходящее "войной в прямом эфире", но множество попадающих в сеть видеороликов позволяют получить не только вполне достоверное представление о происходящем, но также более или менее понять, какие позиции занимают стороны чисто географически.
Продвижения у россиян, фактически находящихся у восточных окраин города, за эти дни почти не наблюдалось. В ряде мест они даже оказались отброшенными. При этом совершенно поразительная тактика российских военных, вернее ЧВК "Вагнера", открылась за это время во всей своей красе. Благо, видео подобных атак и их последствий не оставляют сомнений: речь идет о наступлениях людскими волнами, как правило, с минимальной или нулевой поддержкой бронетехники.
Артиллерийский огнь, часто интенсивный, россияне все же ведут. Волны относительно небольшие — в отличие от этого знаменитого явления ирано-иракской войны, — и повторяющиеся. Атакуют группы от пяти-шести до нескольких десятков человек, одна за другой. Во многих случаях украинцам удается выявить намерение россиян атаковать, и тогда на них еще вдали от позиций обрушивается огонь артиллерии, танков и минометов. В этом случае значительная часть атакующих гибнут или получают ранения, а атака захлебывается без того, чтобы войти в непосредственный огневой контакт с ВСУ. Однако некоторым группам атакующих удается избежать артиллерийского огня, и тогда на рубеже сотен метров от позиций их встречают пехотным оружием. В этом случае участь большинства участников атаки тоже оказывается плачевной еще до того, как им удается нанести ущерб противнику.
Правда, бывают и исключения: если вагнеровцам удается сблизиться с окопами, ситуация для обороняющихся становится опасной, вплоть до угрозы занятия атакуемой позиции. Или хотя бы нанесения ВСУ потерь…
Украинские участники боевых действий традиционно отмечают поразительное упорство, с которым наемники атакуют, невзирая на невероятно низкий шанс уцелеть. На упомянутых уже видео с мест событий прекрасно видно, что после этих атак поля и посадки на месте боев буквально усеяны трупами. Ларчик открывается просто и одновременно ужасно: атакующие — это те самые зеки, которые, были освобождены из тюрем куратором "вагнеровцев" Евгением Пригожиным в обмен на согласие воевать. Появляется все больше подтверждений того, что в этой неофициальной компоненте российской армии создана совершенно непостижимая для цивилизованного мира мотивация в духе кнута и пряника. С одной стороны, за полгода участия в боевых действиях всем заключенным, в том числе и мотающим долгие сроки, посулили полную амнистию плюс большие по российским меркам деньги. Ну, а с другой стороны — невыполнение приказа и отступление карается расстрелом.
Украинские участники боев сообщают, что зэки весьма редко сдаются в плен, чаще предпочитают погибнуть. И в этом тоже нет ничего удивительного. Те, кто все-таки сдался, рассказывают, что их запугивают страшными муками в украинском плену. Но если тебя и вернут… Что ж, у всех на памяти история убитого кувалдой обменянного зэка Евгения Нужина. Таким вот образом, в двадцать первом веке на поле боя на европейском континенте широко задействуется аналог штрафных батальонов. Судя по тому, что даже по официальным данным число заключенных в российских тюрьмах сократилось к концу года на десятки тысяч, примерно на такое же количество увеличилась численность вагнеровцев. Собственно, на минувшей неделе американцы побаловали интересующихся конкретикой по данному вопросу, благо, с источниками информации у них проблем нет: по оценкам Пентагона и разведсообщества США, общая численность ЧВК "Вагнер" оценивается в 50 тысяч человек, из которых 40 (!) тысяч — бывшие заключенные. Сообщается также, что в последнее недели данное "сообщество" понесло и продолжает нести огромные потери.
Массовая утилизация человеческого материала хотя бы с минимальным территориальным успехом и нанесением определенного урона противнику — так можно охарактеризовать данный подход. Однако глубокие наступательные операции подобным образом не провести. Да, уложив огромное количество такой пехоты, можно иногда занять ту или иную позицию и даже населенный пункт, но… Это не та методика, которой достигаются крупные и системные успехи, да и подобный ресурс в условиях столь массовой "утилизации" не является неисчерпаемым. В данном контексте особенно интересно, насколько интенсивным будет оставаться поток пополнения из тюрем. Ведь в рамках такой тактики за шесть месяцев службы в качестве штурмовика смерть, инвалидность или плен становятся, в сущности, единственным реальным исходом. И информация об этом постепенно должна начать доходить до российских тюрем, где своей очереди дожидаются потенциальные наемники.
[nn]
