Спустя неполные две недели после 102-летия скончался "последний из билуйцев" — историк Герц Финкенберг
Владимир ПЛЕТИНСКИЙ
Строго говоря, сам Герц билуйцем не был. В Эрец Исраэль он смог приехать лишь в 1948 году, когда большинства еврейских первопроходцев уже не было в живых. Да и не сразу Финкенберг заинтересовался этой темой, хотя подспудно держал в памяти историю движения БИЛУ, название которого является акронимом библейского стиха «О, дом Яакова! Придите, и пойдём во свете Господнем»).
Мы познакомились с Герцем в начале 1991 года — спустя несколько месяцев после нашей алии. Я тогда уже был корреспондентом газеты "Хадашот" и параллельно открывал историю страны и для себя, и для своих читателей. Кто-то посоветовал съездить в Гедеру и дал номер телефона Финкенберга. Тот с радостью отозвался, предложил прихватить с собой мою жену и братьев, и провел нас по музею БИЛУ. О, с каким жаром он рассказывал о первых шагах тех, кто не побоялся малярийных болот, турецких чиновников и беспокойных арабских соседей!
— Создается впечатление, что вы родились на полстолетия раньше, чем указано в вашей биографии, и вместе со Свердловым, Хазановым и другими строили первые дома поселения, — сказал тогда я.
— Иногда и мне кажется, что это так, — улыбнулся Герц. — На самом деле я очень глубоко погрузился в тему, читал дневники и изучал документы, встречался с детьми и внуками билуйцев. И, знаете, перенесшись в прошлое, убедился в том, что машина времени — реальность.
— То есть?
— Конечно, я в прошлом оказался не физически. Но если ты увлечен эпохой, то сила знаний, творческое воображение и страсть способны перенести хоть в доисторические времена. А тут — события не столь уж отдаленные, и люди, творившие их, вполне могли оказаться моими родителями, как минимум дедушками и бабушками. И уклад их жизни — со скидкой на климатические условия — мне был знаком. Они были мне близки и понятны. Так что это никакая не фантастика, а реальность.
Мы смотрели на нехитрое устройство домов, слушали о препонах, которые строили первопоселенцам вожделеющие бакшиша за каждый шаг "янычары", пытались разобраться в хитросплетениях связей и взаимоотношений между обитателями поселка. В какой-то момент Герц показал нам подвешенную к потолку клетку и спросил:
— Как по-вашему, что это?
Естественно, все собравшиеся заговорили о канарейках, голубях или даже попугаях. Финкенберг решил продолжить викторину:
— Потомок этой штуки наверняка есть в квартирах каждого из вас. Ну, что это?
Мы напряглись. Моя жена осторожно спросила:
— Стиральная машина?
— Нет, но уже ближе. Ну подумайте сами: жаркий климат, продукты портятся очень быстро, и лишь ветерок способен помочь им сохраниться…
— Холодильник! — хором выпалили мы.
— Вот именно. Под потолком он еще потому, чтобы туда не могли забраться кошки и крысы. Так вот, для меня такой "холодильник" загадкой не был — я видел такой у моей бабушки. Родители же для этих целей использовали подвал.
Не помню уже, говорил ли Герц тогда о сроке хранения продуктов в подобном "холодильнике". Да это и не столь важно. Главное — через подобные бытовые детали он раскрывал нам мир местечка, которое построили евреи на еврейской земле.
Впечатлило и то, как девяти пионерам пришлось жить в вырытой ими же пещере, вокруг которой чуть позже был построен из досок сарай, а рядом шалаш для сельскохозяйственной утвари, и здесь же обитал их единственный помощник — осел. Более чем спартанская обстановка! И ничего, упрямые идн справились и уговорили переселиться сюда других соплеменников.
— Яков Свердлов пытался строить коммунизм, его старший брат Зиновий, крещенный Максимом Горьким, сделал карьеру французского маршала, а их кузен Элиягу стал одним из первых практических сионистов, — так начал Герц свой рассказ про одного из руководителей БИЛУ Элиягу Свердлова. — Может быть, он даже писал своему революционному братцу что-то типа "Янкеле, бросай свои глупости и погромную Россию, и приезжай к нам!"
Даже спустя почти три десятилетия эта встреча с Герцем остается в воспоминаниях как нечто важное и яркое. Я радовался, что хранитель еврейской памяти дожил до векового юбилея, присоединился к поздравлениям в честь его 102-летия 24 июня… Но, увы, спустя неполные две недели Финкенберг, которому, конечно же, многие нажелали "ад меа вэ-эсрим" — "до 120", остановил свой жизненный путь.
"Последний из билуйцев" ушел в вечность. Да будет светла память о нем!
* * *
Наш постоянный автор Реувен Бесицкий, долгие годы друживший с Герцем, в свое время написал краткую биографию историка. Думаем, важно завершить эти прощальные заметки описанием жизненного пути Финкенберга.
Герц родился 24 июня 1918 г. в городке Замосць (Замостье). Этот город, где протекали детство и юность Герца, находится в Люблинском воеводстве Польши. Кстати, в 1992 г. центр города, построенный в стиле ренессанс, получил статус объекта всемирного наследия ЮНЕСКО.
У религиозных и обеспеченных родителей Герца было семеро детей. Финкенберг получил хорошее образование: окончил начальную школу, а затем — гимназию. Перед началом оккупации нацистами Польши, в 1939 г., он подал документы для поступления в парижский университет Сорбонна. Но доехать до французской столицы не успел. Когда в Замосць вошли гитлеровцы, несколько месяцев Герц скрывался от карателей. Тем временем от рук нацистов погибли его родители, три сестры и брат.
Можно сказать, ему повезло, он родился в «рубашке», вырвавшись из ада нацистской оккупации: перешел границу и оказался на территории Советского Союза. Здесь Герц вступил добровольцем в ряды Красной Армии и его направили учиться на ускоренные курсы младших командиров. Во время войны служил в 136 гаубичном артиллерийском полку Закавказского военного округа, куда направили немало граждан Польши. Был награжден медалью «За Победу над нацистской Германией в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.».
В 1945 г. вернулся в Польшу, но мысль об исторической родине не покидала его. Связался с местными сионистами и очень скоро стал руководителем группы «А-шомер а-цаир», в которой еврейскую молодежь готовили к алие.
В 1946 г. Герц смог через Чехию и Австрию перебраться в Италию. Работая в правлении организации "а-Халуц" в Риме, оказывал помощь евреям в репатриации на Святую Землю. Там же встретил свою единственную любовь в жизни — Бат-Шеву, ставшую ему верной подругой и женой.
Репатриировался в Израиль в 1948 г. и начал работать учителем и воспитателем в специальных школах для проблемных детей. Параллельно учился и получил первую степень по истории еврейского народа.
Длительное время был представителем Сохнута в Брюсселе. В 1967 г. получил вторую степень по еврейской истории в Хайфском университете, где читал студентам лекции.
По инициативе Герца Финкенберга и его единомышленников в год столетия образования Гедеры в 1984 г. муниципалитетом было принято решение создать Музей истории и основателей города — билуйцев. Музей был организован в доме, который подарили городу бывшие билуйцы Моше и Рахель Минц. У старых жителей города и окрестных поселений были собраны предметы домашнего обихода, сельхозинвентарь и документы, которые стали экспонатами музея.
В 1989 году Герц, случайно встретившись на улице с репатриантами из бывшего СССР, не знавшими, как пройти на почту, открыл этим людям свое сердце. В течение нескольких недель Герц и его верная спутница Бат-Шева подняли на ноги всех знакомых, которые поделились с новыми израильтянами и мебелью, и электротоварами, и посудой, чтобы они могли жить в минимально комфортных условиях.
Герц «надавил» и на муниципалитет, который выделил комнату в библиотеке для организации клуба, а затем амуты, названной «По следам билуйцев». Интереснейшие рассказы Герца об истории еврейского народа, государства Израиль, еврейских традиций и еврейских праздников покоряли благодарных слушателей и посвящали их в еврейство, о котором некоторые имели смутное представление, а кое-кто — никакого, кроме записи в паспорте. Жизнь в амуте с самого начала била ключом: экскурсии по историческим местам, доклады по истории Израиля и еврейских традициях, вечера, посвящённые религиозным и светским праздникам и т.д.
Благодаря Герцу более трех десятилетий амута остаётся родным домом для репатриантов: все с нетерпением ожидают очередного понедельника, чтобы собраться вместе за столом с лёгким угощением, поговорить о животрепещущих событиях, отметить праздник или день рождения. Десятки новых репатриантов, начинавших свой путь в Гедере, а затем обосновавшихся в разных городах нашей «необъятной» родины и других странах, не забывают Герца, Бат-Шеву и своих товарищей по амуте. Теплоту сердца и благородство души Финкенберга ощутили на себе все, кто общался с этим человеком.
К 25-летию амуты в 2014 г., под руководством Герца и при поддержке мэра Гедеры Йоэля Гамлиэля была издана книга «По следам билуйцев. Записки об одной амуте», где описана ее история.
Увы, теперь традиционные встречи будут проходить без Герца. Но память о нем останется с людьми, а знания, подаренные им, получат и грядущие поколения.
