Что хочется вспомнить, поздравляя с днем рождения еврейского народа
Леонид БОРИСОВ
… Как-то довелось мне оказаться в компании стариков, приехавших в Израиль из Литвы. Для тех, кто не знает: любой разговор старых "литваков" рано или поздно сведется к войне, так было и в тот раз.
— Среди вильнюсских евреев был один мерзавец, который сторонился своих, как зачумленных, и всячески отнекивался от собственного еврейства, — начал рассказ один из собеседников. — К тому же был он большим поклонником немецкой культуры, фамилия у него была "двухвалентная", да и внешне он никак не походил на "аида". Так что, когда в Вильнюс вошли гитлеровцы, он выдал себя за немца. Фокус этот удался, и очень скоро он стал среди них своим. Устроился на какую-то должность в комендатуру, и в то время, как наших отправляли в Понары, щеголял по городу в форме немецкого унтер-офицера. Но литовцы-то прекрасно знали, кто он такой, и в 1942 году "стукнули" в гестапо. Там засомневались, верить ли доносу, и решили устроить проверку. Привели его в синагогу, где на полу валялись свитки Торы, наставили пистолет и потребовали, чтобы он стал их топтать…
На этом месте рассказчик опрокинул стопку водки и в наступившей за столом тишине некоторое время сосредоточенно осмысливал выпитое.
— Ну, чем все закончилось-то? — не выдержал я.
— Да чем закончилось?.. Зихроно цадик ле-враха — да будет благословенна память праведника!
Не знаю, произошла ли эта история на самом деле, или речь идет об одной из множества вильнюсских легенд. Но даже если того еврея никогда не существовало, рассказ глубоко символичен. Потому что, как бы далеко каждый из нас ни ушел от Торы, мы остаемся связанными с ней незримой нитью. Даже не нитью, а резиновой летной: чем дальше мы отдаляемся от Торы, тем с большей силой она нас притягивает. Или, говоря словами великого Башевиса-Зингера, вся еврейская история сводится к тому, что евреи бегут от горы Синай, а она гонится за ними, вновь и вновь нависая над их головами и грозя раздавить.
Много раз я убеждался, что все это — лишь бег по кругу. Почти в каждой еврейской семье, в которой на протяжении нескольких поколений и слова-то такого — "Тора" — уже не знали, сегодня находится родственник, вдруг решивший вернуться к исполнению заповедей и с головой погрузившийся в изучение Книги книг. Какие страсти, какие споры, какие конфликты бушуют порой в таких семьях — никакой Шекспир не опишет, такое под силу только Шолом-Алейхему! Как, впрочем, и в религиозных семьях, где тоже почти всегда есть "бунтовщик", решивший, что старорежимные предписания и запреты — не для него.
Получается вечная еврейская вертушка: кто-то выходит из этой двери, кто-то входит, но все же рискну предположить, что еврей остается евреем, пока в нем сохраняется хоть какой-то сантимент к наследию отцов и дедов, а значит, в первую очередь, — к Торе. Ярче всего этот сантимент проявляется, когда такой еврей оказывается в нееврейской компании, и при нем начинают отпускать антисемитские шуточки. О, каким ревностным защитником иудаизма он вдруг сразу становится! Как страстно доказывает, что человеческая цивилизация стоит на заповедях Торы, что вся мировая культура строится на ее сюжетах, без нее история человечества была бы иной…
Много раз мне доводилось наблюдать мгновенное превращение яростного антиклерикала едва ли не в ультраортодокса, и я понимал, что окажись он в 1942 году в вильнюсской синагоге, то, вероятнее всего, повел бы себя так же, как его соплеменник с "двухвалентной" фамилией (да будет благословенна его память!).
Сегодня миллионы евреев во всем мире будут отмечать Шавуот — праздник дарования Торы на горе Синай, являющийся, согласно еврейской традиции, и днем рождения еврейского народа. Разумеется, все мы — очень разные, у каждого свои взгляды на историю и религию. Для кого-то дарование Торы — непреложный факт и главное событие в истории человечества, кто-то считает это не более чем красивым мифом. Но одно несомненно: Тора была и остается фундаментом еврейской культуры — и главным фактором формирования и существования еврейского народа, его поистине уникальной судьбы.
Все политэкономические учения утверждают, что для формирования нации необходимы, помимо племенных родственных связей, общая культура, и общая территория с единым экономическим рынком. Но еврейский народ представляет собой явное исключение из этого закона. В момент рождения у него не было своей территории — ее еще предстояло завоевать. У него не было и не могло быть своей экономики — какая может быть общая экономика у недавних рабов! Да и по своей ментальности и культуре они были обычными египтянами. Единственное, что их объединяло на том этапе, — это та религиозная идея и тот нравственный кодекс, который они восприняли у горы Синай, но этого оказалось более чем достаточно, чтобы сохранить нацию.
На протяжении почти четырех тысяч лет своей истории мы не раз теряли историческую родину, оказываясь от нее за тысячи километров. Мы перенимали язык и культуру народов, среди которых жили, и работали на их, а не на свою национальную экономику. Но при этом мы сохраняли Тору, а Тора сохраняла нас как народ и в итоге привела к возвращению на родную землю и возрождению нашей государственности. Отрицать это бессмысленно.
Да, конечно, возрождению государства способствовали, в первую очередь, светские евреи. Но сама идея политического сионизма, само место ее реализации определялись именно Торой. Садясь за праздничный стол, стоит вспомнить о том, что, согласно Торе, еврейский народ встал у горы Синай, "как один человек с одним сердцем". Это был, помимо всего прочего, и миг величайшего единства, которого нам так часто не хватало в самые разные периоды истории. Поэтому праздник Шавуот — это еще и напоминание о том, как важно пытаться достичь и сохранить единство в наши дни, ибо нас объединяет нечто куда большее, чем такие преходящие вещи, как политика и идеология.
И, конечно же, Шавуот — это, согласно нашей традиции, день рождения и смерти царя Давида. Один из величайших лидеров еврейского народа, он был правнуком моавитянки Рут, и Шавуот — еще один прекрасный повод вспомнить, что подлинное еврейство отнюдь не определяется только "чистотой крови". Тысячи прозелитов присоединились и еще присоединятся к нашему народу, став его полноправной частью и оставив свой след в нашей истории.
Мы были и остаемся одной большой семьей и в этот праздничный вечер непременно поднимем бокалы за солидарность; за то, что по-прежнему воспринимаем боль каждого еврея, как свою собственную, и где бы что ни произошло, в первую очередь задаемся вопросом "Что там с евреями?!" Но давайте попробуем потихоньку воспринимать также и радость, и успехи каждого еврея — глядишь, в конце концов, получится…
[nn]
