Депутат Габи Ашкенази ("Кахоль-лаван") и юридический советник правительства Авихай Мандельблит оказались в центре вновь разгорающегося скандала вокруг "документа Арпаза" — печально известной фальшивки, в 2010 году преградившей Йоаву Галанту путь к посту начальника генштаба
Александр ИНИН
По следам появления "документа" против тогдашних начальника генштаба Габи Ашкенази, главного прокурора ЦАХАЛа Авихая Мандельблита и их сотрудников возбудили уголовные дела. Все они были закрыты "за отсутствием достаточных улик". Мандельблит стал юридическим советником правительства (несмотря на возражения его предшественника Иегуды Вайнштейна, считавшего, что "дело Арпаза" оставило грязное пятно на его биографии), а Ашкенази продолжил делать карьеру сначала в бизнесе, а затем и в политике. Автора фальшивки Боаза Арпаза в 2019 году приговорили к 220 часам общественных работ.
В феврале этого года в журналистских и политических кругах стали циркулировать слухи о том, что имеются веские основания для возобновления расследования против Авихая Мандельблита, который якобы сделал все, чтобы не оказалось достаточных улик, и следствие спустили на тормозах. В начале мая о существовании таких оснований заявил и.о. госпрокурора Дан Эльдад, который сослался на некие материалы, предоставленные известной журналисткой. В связи с этим Эльдад попросил госконтролера Матаниягу Энгельмана о личной встрече, но на следующий день отказался от нее, а затем ушел с поста и.о. госпрокурора.
9 мая журналистка Аяла Хасон опубликовала в эфире телеканала "Решет" отрывок беседы Авихая Мандельблита с Габи Ашкенази, имевшей место в самый разгар дела о "документе Арпаза". Хасон отметила, что, возможно, нарушает закон, однако продолжила цитировать запись разговора, в настоящий момент запрещенную к публикации.
"Я побеспокоюсь, чтобы моя заместительница закрыла все это… Я позабочусь, чтобы прокурор Шуки Ламбергер склонил чашу весов на нашу сторону", — якобы сказал Мандельблит.
В свою очередь, Ашкенази якобы ответил: "Генинспектор полиции с нами, он пообещал позаботиться обо всем".
В интервью печатным СМИ Аяла Хасон рассказала, что перед публикацией получила угрозы в свой адрес и в адрес мужа, тем не менее, посчитала своим долгом предать данный документ гласности. Хасон также сообщила, что в настоящий момент Мандельблит продвигает кандидатуру заместителя госпрокурора по уголовным делам Шломо Ламбергера на должность, которую временно исполнял Дан Эльдад, таким образом продолжая начатое тогда "сотрудничество".
Назавтра после выхода передачи министр юстиции Амир Охана сообщил, что намерен обратиться к госконтролеру Энгельману с просьбой проверить причастность Авихая Мандельблита к закрытию дела Габи Ашкенази и обман им общественного доверия, а также деятельность судебной и правоохранительной системы. По словам Оханы, есть все основания полагать, что в данной системе отсутствует необходимая прозрачность, процветает кумовство и родственные связи, а те, кто должен стоять на страже закона, являются его нарушителями.
Из окружения госконтролера поначалу передали, что он не станет заниматься такой проверкой и переадресует ее главе Управления по рассмотрению жалоб на прокуратуру, отставному судье Давиду Розену. Сам Энгельман заявил, что подобными вопросами должна заниматься специальная правительственная комиссия. Амир Охана в ответ заметил, что оба предложенных пути являются тупиковыми, поскольку Управление формально подчиняется Авихаю Мандельблиту, а создание комиссии может быть заблокировано БАГАЦем, как это уже было, когда он пытался создать комиссию по расследованию деятельности МАХАШа. А когда Энгельман окончательно отклонил просьбу министра юстиции, тот сообщил, что будет настаивать на создании специальной правительственной комиссии по проверке деятельности прокуратуры.
Из офиса юридического советника правительства передали следующее официальное заявление: "По поводу беседы, на которой основывается публикация телеканала "Решет", Авихая Мандельблита допрашивали в прошлом. В ходе расследования выяснилось, что запись была сделана, несмотря на то, что Ашкенази отдал своей секретарше распоряжение прекратить записывать разговоры. Это распоряжение превратило запись разговора в тайную и посему не использовалась в качестве свидетельства. Публикации, имевшие место в минувший уик-энд, были извращенными и не отражали содержания бесед. В любом случае, мы напоминаем, что публикация записей, сделанных тайно, является уголовным преступлением".
По сути, это означает, что Аяле Хасон и всем, кто решится заняться данным делом, грозит уголовное преследование в соответствии с Законом о запрете на тайное прослушивание, а содержание тайной беседы не подсудно, о чем бы она ни велась. Между тем журналистка заявила, что незаконность записи не доказана, подобное утверждение могло быть выдвинуто задним числом, и это ни в коем случае не снимает вопроса о том, имеет ли прокуратура право действовать теми же методами.
Юристы уже обратили внимание на то, что подобная позиция вступает в резкое противоречие с решением подать обвинительное заключение против Биньямина Нетаниягу по "делу 2000", которое основано на не предназначавшейся для публикации записи его секретного разговора с владельцем "Едиот ахронот" Нони Мозесом.
[nn]
Путч, которого не было
