РАЗРОЗНЕННЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ
Однажды в Доме актера, когда он был еще на улице Горького, мы до начала вечера (Анастасия Павловна, Леонид Осипович и писатель Владимир Соломонович Поляков) оказались в кабинете его директора Эскина. Как всегда, в центре внимания был Леонид Осипович, даже очень разговорчивый Поляков рядом с ним молчал. Возник "еврейский" вопрос. Утесов заявил, что "суть вопроса" ему лично ясна. Он спросил, кто автор песни "Катюша", и для ответа выбрал почему-то меня.
— Исаковский, — не задумываясь ответил я. — А кто написал "Подмосковные вечера?
— Соловьев-Седой, — бодро и быстро ответил Поляков.
— Вот видите, — сказал Утесов, — в первом случае забыли назвать композитора. Блантер его фамилия. Во втором случае не назвали поэта. Миша Матусовский, тоже еврей. Мы сами себя иногда забываем. Дело, конечно, не в национальности автора, но музыка "Катюши" может существовать сама по себе, что и произошло. Стихи Исаковского в этой песне хороши только с музыкой. Автор стихов "Враги сожгли родную хату" — великий поэт, но "Катюша", на мой взгляд, — не лучшее его стихотворение. "Поплыли туманы над рекой…" По-русски ударение должно быть на втором слоге. То есть такое бывает, когда стихи написаны под мелодию. А "Подмосковные вечера" — совсем другое дело. Не могли не стать песней такие стихи:
Речка движется и не движется
Вся из лунного серебра.
Эти стихи сами по себе – уже музыка, и удача в том, что судьба свела этих авторов в такой песне. Вот Светлов написал прекрасные стихи «Гренада», музыку написали многие, а песни настоящей нет.
* * *
В 1995 году я был в Одессе на торжествах, посвященных столетию со дня рождения Л.О.Утесова.
Тогда-то я познакомился с его двоюродной сестрой — Юсей Молодецкой, отечество запамятовал. Она подарила мне ксерокопии писем Леонида Осиповича, вот отрывки из них, вернее цитаты, которые я воспроизвожу в этих заметках:
"За приглашение приехать — спасибо. Ах! Если бы это было возможно… Помните, что я Вас очень люблю. Ведь Вы единственный, кто остался у меня из родных в Одессе и если хотите не только в Одессе, вообще"…
"Я, конечно, послал поздравление одесситам, но они почему-то (редакция) не напечатали. Бог с ними.
У меня все хорошо.
Работаю много и успешно. Сейчас закончил гастроли в Ленинграде, но 18-го января снова начинаю там же.
Принимают меня в Ленинграде так, как в Одессе никогда не принимали. Сорок концертов в огромных помещениях и достать билет невозможно. Никто столько не кричит об Одессе, как я и никому она не причиняет столько огорчений, как мне.
Ну, бог с ней. Бывают мамы, которые плохо относятся к своим детям. Одесса-мама и я ее прощаю.
P.S.
Об отношении ко мне в Ленинграде, можете судить по ленинградской газете.
Разве в Одессе напечатали бы?".
"Как мне хочется в Одессу, Вы себе не можете представить. Если удастся, приведу желание в исполнение".
«Я написал бы Вам большое письмо, но для меня это непосильный труд. Я потому и не учился, что не любил писать. Боюсь, что если бы я много учился, моя жизнь сложилась бы менее удачно. Значит, иногда пороки тоже приносят пользу".
К сожалению, ни на одном из писем нет даты их написания, но судя по всему, написаны они в 70-е годы. Почти в каждом из них есть слова: "Мечтаю поехать в Одессу летом…" Мне кажется, что в ту пору любовь эта была уже односторонняя.
10 апреля 1964 года в Оперном театре состоялся вечер, посвященный 20-ти-летию освобождения Одессы.
Из воспоминаний кинодраматурга Льва Аркадьева: "Все в городе знали, что в театре будет Утесов и попасть туда, в тот вечер, было трудней, чем за всю его полутора столетнюю историю.
От адмирала И.И.Азарова, одного из героев обороны Одессы, я узнал, что секретарь обкома не хочет давать слово Леониду Осиповичу. Такой, мол, праздник, причем тут Утесов?.. Возмущенный генерал пригрозил демонстративно покинуть зал, и партийный босс вынужден был уступить, но выступление Утесова поставили последним.
Утесов не сказал ни слова, он спел песню "Одессит Мишка". Зал встал и устроил овацию своему знаменитому земляку.
В тот вечер зал вставал два раза — вначале, когда исполнялся "Интернационал" и в конце — когда на сцену вышел Леонид Утесов.
* * *
16 декабря 1995 года у вдовы Утесова — Антонины Сергеевны Ревельс в квартире Леонида Осиповича были я и Борис Сергеевич Брунов. Мы пришли по случаю выхода ее книги «Рядом с Утесовым». Вот что рассказал нам в тот день Борис Сергеевич:
— Я вам об Утесове расскажу такое, что не знает никто. Так вот, Леонид Осипович очень любил разговаривать на еврейском языке. Не на старом, а на том, что говорят в Одессе".
— На идише, — уточнила Антонина Сергеевна.
— Правильно, на идише. История такая была. К нему пришел журналист, кажется из Аргентины. Пришел он с переводчиком. Ну, иногда переводчик совмещает профессию — Борис Сергеевич лукаво улыбнулся своей очаровательной улыбкой.
— Так вот — продолжил он свой рассказ. — Организаторы этой встречи ошиблись. Они решили, что журналист из Аргентины говорит по-английски и дали соответствующего переводчика. Оказывается, он плохо знал английский и беседа с Утесовым могла не состоятся. Но произошло чудо: Леонид Осипович и гость нашли общий язык — идиш. Говорят, что переводчика чуть не хватила кондрашка".
Читать далее: номера страниц внизу
