«ВОРЫ ВСЕ ВВЕРХ ДНОМ У МЕНЯ ПЕРЕВЕРНУЛИ: ДРАГОЦЕННОСТИ ИСКАЛИ»
— Государство сегодня должным образом к космонавтам относится?
— Нет.
— А российская космическая отрасль американской уступает?
— Нет — если бы не мы, никакого космоса сейчас не было бы.
— То есть американцы вперед не вырвались?
— А как? — у них же летать не на чем. Они сейчас обещают корабли через два года сделать. Барак Обама и программу «Марс», и программу «Луна» закрыл, одно только — работу над самым мощным и грузоподъемным двигателем с тягой одной камеры сгорания в 700 тонн оставил. К такому можно любую телегу прицепить — он повезет, а у нас никак не определятся: то мы программу «Русь» начали, то «Ангара», то выделили деньги, то сняли.
— Как скоро любой человек в космос летать сможет?
— Если честно, такой необходимости нет. Летать и чемодан может — там же что-то делать надо, и даже если бы я сейчас по своим физическим возможностям требованиям медиков соответствовал (а я бы полет перенес нормально, перегрузки выдержал бы), вопрос в том заключается, чем на борту мне корабля заниматься? Я же программу должен представить — без нее туда летать незачем, а для подготовки такой объем работы надо проделать, что слов нет…
— На Марсе яблони цвести, как в известной советской песне пели, будут?
— Нет — это так далеко!.. Сейчас аферисты в Голландии отбор кандидатов для полета на Марс объявили: где-то в 2026 году они уже обещают первый пилотируемый корабль на Красную планету запустить — без возвращения, но у них не только ракетных систем — даже собственных самолетов нет, поэтому налицо афера, не подкрепленная ничем, а люди клюют.
— Когда же, по вашему мнению, такой полет станет реальным?
— Когда государственное, политическое решение будет… Скажут, допустим: национальная идея — полет на Марс… От этого дня 15 лет отсчитать надо — раньше не получится, и тут же, сразу, мальчиков и девочек в возрасте 10-12 лет набирать следует…
— …и постепенно готовить…
— Да, верно, а еще сложнейшую задачу психологической совместимости представителей разных наций, вклада всех государств в это дело решить нужно — одной стране этого не потянуть.
— Судьба вас не только триумфами одаривала, но и била нещадно — преждевременно, знаю, ваша старшая дочь Виктория из жизни ушла — скоропостижно от гепатита скончалась: не каждый это выдержать может…
— (Молчит, пытаясь удержать слезы).
— Еще один удар в 2008 году воры вам нанесли: взломав дверь, из вашей квартиры все ордена и медали вынесли, ювелирные украшения, 100 тысяч долларов, личные вещи. Как это вообще произойти могло?
— Ой, в нашей прессе чего только не вычитаешь — даже что дом мой сожгли… Я в госпитале на обследовании находился, и местные, видимо, сообщников в известность поставили, что меня дома нет. Супруга в госпиталь ко мне приехала и уже уезжать собиралась, а я ей сказал: «Знаешь, Света, ты домой не езжай, делать тебе там нечего. Переночуй у Оксаны, дочери — все равно завтра сюда вернешься».
В ту ночь это и случилось. Воры со стороны сада калитку выломали, а поскольку современные окна хорошо отгибаются, залезли…
— Это особняк или квартира?
— Я отдельный дом построил, где и живу, у меня там студия… Они все вверх дном перевернули, в студии мощный светильник стоит — так даже поддон раскрутили: драгоценности искали. У меня в столе пакетик лежал, в котором 600 долларов было, — когда там все перетряхивали, их не заметили и вместе с пакетом выбросили. Только бриллиантовые сережки супруги забрали, которые в Москве на 20-летие нашей свадьбы я покупал, — красивые очень, чистые бриллианты. 25 тысяч рублей тогда стоили — это были большие деньги.
— Ордена и медали не тронули?
— Нет, это все в сейфе лежало…
— Слава Богу!
— Там и осталось — сейф у меня прикрыт был, и они до него не дошли, не сообразили. Клинок от друзей-космонавтов с гравировкой забрали — это очень неприятно! — и раритетный топор времен войны 1612 года против поляков — черненое серебро, ручка из дуба и сама сталь очень хорошая. Больше не нашли ничего! Да, еще две шубы у Светланы унесли: норковую и песцовую, был пистолет не боевой…
— Газовый?
— Да, типа газового — его взяли, но по дороге потеряли, позже еще одну пропажу я обнаружил. Для работы, которую писал, мне мастихин понадобился. Я помнил, что у меня три мастихина в этюднике «Рембрандт» были, Академией художеств подаренном (большой ящик толщиной сантиметров 12, где голландские краски «Рембрандт» лежали). Он у меня около стенки стоял, и вдруг я его не нашел. Значит, взломщики прихватили: каждый тюбик — рублей 300-400, а там их штук 50, кроме того, лаки и прочее. Грамотные ребята, а я сразу не спохватился…
— Злоумышленников нашли?
— Никто никого не нашел. Я со следователем общался: такие вопросы идиотские он задавал! — эту жуткую глупость без слез слушать было нельзя. У него журналисты спросили: «Ордена похитили?». — «Нет». — «А что, у Леонова сейф есть?». — «Да, но воры его не нашли» — это следователь в эфире говорил…
— Кошмар!
— Уже семь лет прошло. Правоохранители мой пистолет как вещдок взяли и до сих пор не вернули, хочу его назад потребовать — следователя найти невозможно.
— Помню, после вашего знаменитого полета в рамках программы «Союз» — «Аполлон» одноименная водка появилась, конфеты и сигареты — вы действительно их оформление сами придумали?
— Да, дизайн пачки сигарет и коробки конфет сделал, которые не только у нас, но и, по договору, в Америке продавались.
«МНЕ СНИТСЯ, ЧТО «ФАНТОМЫ» ЛЕТЯТ И Я ДОЛЖЕН СЕЙЧАС НА ПЕРЕХВАТ ВЫЛЕТЕТЬ»
— Вы еще как художник признание получили, а сейчас что рисуете?
— Два года назад за первые три месяца 10 работ маслом написал — 10! Летом приходишь — погулять хочется, а в зимние долгие вечера рука к кисти сама тянется. У меня мощный светильник по спектру очень близкий к солнечному свету стоит, я включаю его и обо всем забываю. Конечно, все равно потом днем еще полотно дорабатываю (ядовитые краски: голубые, оранжевые, — глаза «рвут», поэтому при дневном освещении цвет корректировать надо).
Недавние мои работы одной темой объединены. Лет восемь назад я в Японии был, и меня в город Хэда возили. В 1854 году в соседний порт Симода фрегат «Диана» с адмиралом Путятиным на борту вошел — это первая посольская миссия России была. Начались переговоры, а на следующий день разрушительное землетрясение произошло, которое цунами вызвало. Гигантская волна серьезно фрегат повредила и при транспортировке в бухту Хэда, где экипаж отремонтировать его планировал, корабль затонул. Моряки на берегу без надежды на возвращение остались, и тогда Путятин решил килевую шхуну построить. С помощью японских рабочих через три месяца ее на воду спустили и в честь деревушки, которая чужеземцев приютила, «Хэда» назвали.
До этого японские суда только с плоскими днищами были — для прибрежного плавания… Впервые килевое судно западного образца, работая с русскими моряками, они построили, а через 50 лет у них уже самый мощный военный флот появился, который наш флот разбил.
Почему я к исследованию этой темы пришел? По городу гулял и на кладбище вышел. Смотрю, захоронения наших моряков — на гранитных надгробьях фамилии на русском и на японском, вазочки из гранита, к каждой могилке краник с водой подведен: я настолько этим всем тронут был… В буддийский храм пошел, где адмирал Путятин жил, — там молельня, а за стенкой кровать адмирала стоит, стол письменный: две страшных войны прошло, а японцы все это сохранили.
— А у нас кости наших бойцов до сих пор по полям гниют…
— Я чертежи фрегата «Диана» нашел, восстановил все и картины сделал: «Диана» в Балтийском море», «…в Северном море», она же в Атлантическом и Индийском океанах, в Желтом и Японском морях. «Гибель «Дианы», «Хэда» на рейде Симода», «Хэда» у острова Русский» — вот такая иллюстрированная эпопея о жизни этих людей получилась.
— Вы еще целую серию марок СССР на космическую тему создали…
— Да, этим одно время увлекался. Две мои марки даже золотую медаль получили, а всего я их, по-моему, пять или шесть сделал. Это очень тяжелая работа, потому что выполнять ее с конденсором надо (оптическая система, собирающая лучи от источника света и на рассматриваемый объект ее направляющая. — Д. Г.). Размер оригинала должен быть где-то сантиметров 15-20, а больше всего проблем надписи мне доставляли: на последнюю марку их по моей просьбе один художник нанес — у него трафареты для этого были.
— Космос вам до сих пор снится?
— Я очень конкретный, знаете ли, человек… Да, снится, и вот уже много лет два сна повторяются. В первом мне говорят (я в экипаж корабля-спасателя долго входил, который должен был на орбиту на помощь космонавтам в случае необходимости прийти): «Вам лететь!», а я отвечаю: «Ну хоть программу мне дайте», а второй из той поры, когда я военным летчиком был и часто дежурил — Кремгэс, Днепрогэс охранял: мне снится, что «Фантомы» летят и я должен сейчас на перехват вылететь. Вот они уже над нами, а я все никак не взлечу — самолет готовят: это в крови уже.
https://www.isrageo.com/2018/03/11/bipgringauz/
